Телохранитель для дочери генерала драконов

— Ты поэтому меня больше не боишься, потому что готовлю хорошо? — подшутил над ней, дожидаясь реакции.

Она покосилась на кусты, за которыми пировали волки. Да, я призвал их, чтобы они от тел избавились, утащили подальше отсюда, не хотел, чтобы Кассандра таращилась на мертвецов. Но уж что вышло. Во всяком случае, их присутствие подталкивало ее ближе ко мне.

— Не совсем, — моя девочка печально вздохнула и откусила от сухаря. — Просто... Для меня перевертыши всегда были равны убийцам. Я... Я думала, что после них очередь дойдет до меня. Но ты же повел себя иначе. Убил бы, и возиться сейчас не пришлось. Но... Почему ты меня не тронул?

Она поймала мой взгляд.

И что я должен был ей сказать? Убийца, значит.

Я разозлился. Откуда только такое пренебрежение?

— А ты всех перевертышей пересмотрела, чтобы вот так о нас думать? Или с одним сбродом дело и имела?

— У меня есть причины ненавидеть вашу расу, волк, — ее взгляд стал холодным и отстраненным. Вот сейчас она походила на себя привычную. — Но ты действительно не такой, как остальные.

Отвернувшись, Кассандра продолжила есть. Уже не так жадно, как первый кусок, но все равно спешно. Ее ладонь дрожала.

Я же впервые задумался: а что в действительности я знаю о ней? Слухи да россказни, сплетни.

— И за что же ты ненавидишь нас, девочка? — не сдержался, спросил.

Она шмыгнула носом и замерла.

— Забрали самое дорогое. То, о чем и вспоминать запретили, не то чтобы рассказывать. Не представляю, кто может быть страшнее оборотня. Вам даже детей не жалко. Прикажут убивать — и выполните.

— Ни одного ребенка я не убил. Мужчин, да. Много от моей руки полегло. Но чтобы женщина или дите? Не было такого!

Я следил за ней. Мне было интересно узнать причины такой откровенной нелюбви к моей расе. Но видел, что ничего она мне сейчас не расскажет.

Ее глаза слипались. Видимо, утолив голод, ее организм желал отдохнуть.

Кассандру начинало шатать. Она куталась в мою куртку, утыкаясь носом в мех воротника. Мне было приятно видеть на ней свою вещь, осознавать, что мой запах смешается с ее.

Она зевнула, пытаясь прикрыть рот ладонью.

Приличия. Даже сейчас, посреди поляны в глухом лесу, она выглядела высокородной ориной.

— Послушай, ты можешь немного поспать, — услышав меня, Кассандра встрепенулась и растерла глаза.

— Нет.

Сев ровнее, она уставилась на огонь.

— Почему нет? Ты ведь хочешь спать? — Я не понимал ее действий.

— Ты уйдешь ранним утром, и я останусь одна, — прошептала она. — Не хочу упустить этот момент. Страшно остаться одной. Вокруг волки, да и разбойники. Эти ведь здесь были не единственными.

— Так перевертыши же убийцы! — ну не сдержался я.

Сказал и тут же пожалел. Она окончательно сникла.

В моей душе что-то сжалось. Хотелось подойти к ней и обнять.