Телохранитель для демона

Глаза захотелось закрыть снова — мы были в Радужных чертогах! Свет, свет, свет… кругом один свет! Свет проникал через ажурный потолок, через разноцветные кристаллы в стенах, образовывал световой вихрь и сходился на мне!

— Орочий утр! — выругалась я и стремительно сползла с алтаря, на котором, оказывается, дрыхла.

— Тень, — дарай появился откуда-то слева, ухватил мои ладони и потянул к себе, уводя в сумрак, — как ты себя чувствуешь?

Шикарррррно! Только что придумала очередную смерть для эльфа! Притащу его сюда, пусть светлый сдохнет от света — забавно будет. А тот, с чешуйчатыми граблями, смотрит из-под капюшона очень недобрым взглядом и явно сейчас предложит совершить благое дело…

— Ее нужно убить!

Ну, и я права оказалась. Посмотрела на чудика, вспомнила единственный жест, которым владею, и продемонстрировала его. Чешуйчик обиделся, отвернулся и начал что-то бурчать под нос.

И тут Арвиэль совершил невероятное:

— Простите, учитель, — и он даже поклонился, — Тень порой ведет себя как ребенок.

Учитель??? Учитель?! Невероятно! Дарай обучался в Радужных чертогах… Ох, Хаос, умеешь же ты шутковать!"

"— Идите, — чешуйчатый махнул когтями, — яда в ней нет, чувствует себя… отменно, зря ты паниковал, Арвиэль… И, — в этот момент чешуйка резко развернулся к нам, — помни, что чувства в твоем положении недопустимы!

И тут я ощутила, как вздрогнул дарай… Повернулась и, посмотрев, увидела взгляд… как у меня! Арвиэль смотрел с плохо скрываемой яростью, с ненавистью, с нежеланием… подчиниться.

— А если я, — голос дарая был глух, — если…

— Арвиэль! — Чешуйка оказался рядом молниеносно, только пылинки взметнулись, столь заметные в свете лучей, и теперь я точно видела, что это не просто демон — это высший, прошедший перерождение! — Арвиэль, помни о долге!

Дарай явно что-то хотел сказать, но… кивнул, протянул мне руку. Вот только… Я еще раз посмотрела на демона и отрицательно покачала головой, потом взяла чешуйку за граблю и потянула за собой подальше от моего демона. К сожалению, я пониже ростом буду, но ему все равно должно быть страшно, что его на разговор ведут… по идее, должно быть очень страшно.