Телохранитель для демона

Едва села на скамью, привычно жесткую и холодную, Тарунк протянул лапу и торжественно провозгласил:

— С боевым крещением тебя, Тень!

— Ты молодца, подруга. — Его сосед так же протянул руку, и я пожала ее с чувством собственного достоинства. После чего потянулась к жареному гевейку, собираясь оттяпать значительный кусь.

— А ты ничего. — Крылатый, который сидел справа от меня, радостно хлопнул по спине, от чего я едва не врезалась носом в гевейка.

Гневно смотрю на демона, тот буркнул «Эльфа» и протянул руку.

— Ага, размечтался, — хмыкнула я. — Пальцы больше никому не ломаю, хватит!

Крылатые замолкли, Тарунк за моей спиной протянул лапу и треснул этого… недогадливого, со словами «Дай эльфе поесть!». Издаю тихий рык, но крылатый в ответ обворожительно улыбается и пожимает плечами:

— Тень, ну если ты эльфа, то эльфа, чего уж тут.

— Тарунк, — пытаясь жевать, сообщаю я, — ну если ты птычка, то ты птычка… я бы даже сказала — петух. Приятно?

Грянул хохот, так как остальные к беседе активно прислушивались.

— Ты какая-то нервная, — нахмурился Тарунк.

И я честно ответила:

— Паршиво мне… очень, — и отложила мясо. Я больше не хотела его есть, меня подташнивало от капающего с пальцев мясного сока, меня попросту воротило от запаха жаркого…

Позади послышался шум, подошел огромный волосатый орк с блюдом, поставил передо мной со словами:

— СеХарэль приказал, — развернулся и ушел.

Под гробовое молчание крылатых и сопение вампиров разглядываю мое меню — вареное мясо, вареные овощи, свежая зелень. Аппетит проснулся снова, но вместе с тем и мысль: «Откуда птычка знал?»

— Гадость, — не удержался Тарунк, глядя, как я наворачиваю огромную вареную морковь.

— Сам такой, — беззлобно ответила я. — Так чего делаем вечером?

Вот теперь все крылатые смотрели на меня как на свою, в общем, как будто я снова шайген и среди шайгенов, а тот, который меня по спине бил, хитро так посоветовал:

— Ты доешь сначала…

— Рассказывайте, — я усмехнулась, — мне аппетит сложно испортить.

Крылатые разом осмотрелись, причем сидело их тут около пятидесяти, про слух этих демонов я помнила и потому такой осведомленности не удивилась. После чего один из крылатых на другом конце стола начал что-то быстро говорить. У всех на мордах такое хитрющее выражение появилось, и только я:

— Пески Хаоса… будь он проклят, я про Хаоса, не слышу ни орка!

Тут тот самый орк, который проходил мимо, как треснет по шее, и голос такой недовольный:

— Не богохульствуй, эльфа!

Мы притихли и подождали, пока орк уйдет, крылатые жевали, я тоже, но одновременно потирала затылок — тяжелая рука у этого повара.