В теле пацана 4 (СИ)

Но недолго любуюсь, стараюсь не тормозить, держа её вверх тормашками! Два шага делаю, оказываясь у дивана. Опускаю её аккуратно. Она ещё умудряется подтянуться обратно за счёт пресса и уцепиться за плечи. Получается, усаживаю её.

Вся какая — то взмыленная, немного растрёпанная. Локоны вылезли на лоб, усиливая её привлекательность. А в глазах девушки азарт.

— Так, первый раз — заклинание пшиком, — выдала свою афоризму. — Но потенциал определённо есть. Ты очень сильный, даже на ногах устоял, когда я уж подумала, что грохнемся. Невероятно сильный.

Ну а как иначе? Десять кэгэ плюс к внешнему виду прибавь!

— Теряю хватку, печально, — вздыхает несколько расстроенная.

— Знаешь, я уверен, что у тебя бы вышло лучше, чем у той, которую я видел на показе, — брякнул ей в поддержку.

— Думаешь? Ты ж и не видел толком, — подловила и дальше обескураживающе: — но мы это сейчас исправим. А ну в зрительский зал, отойдите сэр!

С этими словами она стала вертеться на диване. Вот же неугомонная!!

Перевернулась вверх тормашками, оперевшись на шею и руки, да ноги развела!! Вот и «рогатка» мне на показ в тонких стрингах! Я уж и не знаю, куда свой топорщащийся член девать. Чем — то элемент напомнил тот, который показывала мне Нелли, когда я мог только смотреть! Но здесь что — то иное. Более опытное, более похотливое. И ещё более непонятное, ибо я не соображу, что происходит вообще. Мы так играем⁈

Или она просто издевается надо мной? Вставая вот в такие развратные позы и наблюдая за моей реакцией. А может ей хочется вот так раскорячиться и изломаться, потому что тело просит.

Такое бывает, я знаю.

Но в итоге вижу то, что и не мог помыслить. Ольви в развратной позе, в тонких трусиках, скрывающих интимные места едва — едва. Плоский животик, даже в изогнутом вперёд положении не выдающий никаких складок. Оголённый лобок, где край трусиков прикрывает лишь самую грань, за которой начинается щёлочка. Две жилки в разные стороны от киски, создающие умопомрачительные впадинки, выразительные яблочки попки, дающие большой перепад за счёт формы и тем усиливающие эффект, и, конечно же, расставленные бёдра, где нежная шёлковая кожа с внутренней стороны сейчас так манит её погладить!

— Что скажешь, Кристофер? — Спрашивает ещё, пребывая вверх тормашками!

А у меня в горле пересохло. Приходится продирать.

— Выше всяких похвал! Ты лучшая, — выдал сущую правду, не отрывая взгляда от развратно распахнутой промежности.

Группируется, сползает на бок. Довольная! И дальше вскакивает!

— Дай — ка я теперь на тебя посмотрю, а то кое — что выбивается из актёрского образа балеруна, — заявляет Ольви и вплотную подходит, что член мой дёргается. Видимо здоровается, кивая.