Техник-ас

Задача у партизан была простой и одновременно сложной: они должны будут ударить по госпиталю и вывезти детей в безопасное место.

Я поздоровался с бывшим старшиной.

– Проходи, Иван Силантьевич. Рассказывай, как дела обстоят.

– Дела обстоят хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем могло быть.

Плужников сел за стол, косясь на сидевшую в углу и делавшую себе маникюр ножом Риту.

– О как! А поподробнее?

– Не успели приехать, как сразу начали ходить в караулы. Охраняем станцию, госпиталь, внутренний караул и патруль. С верными людьми переговорил, все ждут сигнала. Возможно, когда начнём, сможем ещё кого перетянуть на нашу сторону.

– Вот здесь лучше, чем ожидалось. Как оказалось, все броневики – и наши, и немецкие – на ходу, и боезапас на них надо только загрузить. Я аккуратно так пообщался с начальником мастерской, тоже из бывших пленных, военинженер Ермилов, откровенно ему всё рассказал. Честно, держал в кармане пистолет на всякий случай. А он сам вдруг вытаскивает из своего кармана пистолет и говорит мне: мол, я думал, что ты, фельдфебель, сука, а оно вон как оказалось. В общем, вся техника, в том числе и огнемётный танк, готова к бою. Экипажи сформированы.

– Есть возможность быстро достать взрывчатку?

– Переговорю с Ермиловым. Сколько нужно?

– Чем больше, тем лучше. Нужно послезавтра ровно в полдень взорвать на станции эшелон с топливом. Да, старшина, – ответил я на немой вопрос Плужникова, – послезавтра начинаем. Всем своим скажи, чтобы, как начнём, повязали белую ленту себе на правую руку ниже локтя. Кто будет без этого опознавательного знака, те враги.

Мы сидели ещё часа три, прежде чем Плужников ушёл. Пока фортуна нам улыбалась. Послезавтра рота старшины заступает во внутренний наряд, а один из взводов – на охрану госпиталя. На станции будет в карауле первая рота, где собрали в основном отморозков-садистов, а третья рота остаётся в качестве резерва.

Я высказал сомнения в возможности взорвать эшелон, если на станции будет дежурить верное немцам подразделение.

– Есть там пара человек, – задумчиво произнёс старшина, – забитые, все их шпыняют. На акции ездят с явной неохотой. Вилкас давно бы сдал их в гестапо, но тогда вся его репутация перед немцами коту под хвост. Он же у них считается самым преданным и надёжным – и вдруг у него в роте такое. Переговорю я с ними, предложу отомстить за все унижения.

– Ты смотри аккуратнее с ними. Могут и сдать и тем выслужиться.

– Ничего. Двум смертям, как говорится, не бывать.

– А вот этого не надо, старшина. От тебя сейчас фактически зависит успех всей операции. Пошли для разговора кого-нибудь из своих парней.

Смерть останется голодной

За час до назначенного времени к небольшому домику в глухом тупичке подъехал грузовик в сопровождении мотоцикла с коляской.