Техник-ас

Я старался не смотреть на довольную Риту. Мне было откровенно стыдно. В своей прошлой жизни я был однолюб, и единственной моей женщиной была моя жена. В этой жизни, насколько я помнил её до своего вселения в это тело, у Копьёва тоже с такими отношениями было, мягко говоря, негусто. А у меня теперь и здесь была жена, и изменять ей я не собирался.

Видимо, Рита что-то такое прочитала у меня на лице.

– Илья, не переживай ты так. – Она положила ладонь мне на плечо, и не скажу, что это было неприятно. – Твоя жена ничего не узнает, если сам не расскажешь. И не думай ни о чём. Война всё спишет. Сегодня мы живы, а как будет завтра, нам знать не дано. Так пусть этот маленький миг счастья останется с нами.

На следующий день с самого раннего утра Панкрат на двух подводах (тех, на которых приехали полицаи), привязав к ним свою лошадь, уехал в Шацилки, чтобы там сдать господину коменданту якобы найденные в лесу подводы. Заодно со словами «чтоб им насмерть подавиться, иродам проклятым» закинул в одну из подвод заднюю свиную ногу и бутыль самогона литра на три.

Вернулся он под вечер, верхом на своей лошадке.

– В Жлобин поедете через три дня, когда я вернусь. Комендант приказал прочесать ту местность, где я, по моим словам, нашёл подводы. Так что меня эти дни не будет, и вы тут с Сёмкой хозяйничайте, он знает, что да как. Нужно заготовить рыбу и мяса накоптить, не пустыми же вам в город ехать. А я немцев да холуёв их по лесу у озера Большого повожу. Специально туда крюк сделал с утра да наследил как следует. Пущай там побегают, авось умаются.

Три дня прошли в сплошных хлопотах. Мы вытаскивали сети, потрошили рыбу, солили и коптили её. Также закоптили сало.

Панкрат вернулся уставший, но довольный.

– Ох и помотал я их, – со смехом рассказывал он, за обе щёки уплетая тушёное мясо с картошкой. – По всем буреломам да болотам провёл. Умотал их так, что на ногах еле держатся. Даже господин комендант похвалил за рвение. Насчёт покойничков тех решили, что они к партизанам подались и, скорее всего, и до того на партизан работали. Теперь к полиции из местных у немцев веры нет никакой.

А вы завтра с утречка собирайтесь. Семён с вами поедет, заодно и покажет, что и где в городе. Господин комендант выписал мне пропуск на его имя на базар. В городе найдёте фотомастерскую Агдашева Павла Сергеевича, она рядом с рынком. Передадите хозяину привет от бабки Аграфены да скажете, что она прихворала, но велела кланяться. Он ответит, что вы ошиблись и он никого с таким именем не знает – это отзыв. Если скажет, чтобы кланялись в ответ, то немедленно уходите оттуда. Всё запомнил?

Дождавшись моего кивка, он продолжил:

– Расскажешь фотографу всё, что мне рассказал. Там и порешаете, что делать дальше. Сёмку потом обратно отошлёте.