Техник-ас

С комфортом проехав пару километров свернули на едва заметную лесную дорожку и по ней проехали ещё с километр, прежде чем остановились. Я, пока ехал, успел обследовать груз, что везли с хутора. В трёх бидонах было молоко, ещё в одном – сливочное масло, в корзинах лежали яйца, сало солёное и копчёное, в двух мешках был свежий хлеб и ещё в одном – пара великолепных копчёных окороков. Аромат от них стоял такой, что я чуть слюной не подавился, Рита, судя по всему, тоже. Отдельно, тщательно замотанные в тряпки, стояли три пятилитровые стеклянные бутыли с самогоном.

Мы с большим удовольствием плотно поели, напились вкусного молока и сели думу думать, как нам всё это допереть на нашу базу. В конце концов решили проехать на подводе, сколько можно будет, а там потихоньку перетаскаем.

Следующий месяц мы с Ритой занимались отстрелом окрестных немцев и полицаев. Уходили в рейд на пару дней, в течение которых устраивали охоту на полицаев, солдат и офицеров противника. Заодно пополняли запасы продовольствия.

Владелец винтовки, теперь уже бывший и скоропостижно скончавшийся, оказался, судя по документам, инструктором Кёнигсбергской школы снайперов. Вот уж подарок так подарок.

Опробовать трофей удалось уже через несколько дней, и очень даже удачно. Мы сумели устроить самое настоящее крушение эшелона со снарядами. Ну и заодно (так уж получилось) разнесли в щепки ближайшую железнодорожную станцию со стоящими там составом с топливом, эшелоном с танками и ещё одним с живой силой. И на это нам потребовалось лишь несколько патронов. Я, откровенно говоря, слегка офигел, когда узнал о масштабах сотворённого нами.

В тот раз мы решили прогуляться до железной дороги. Взрывать нам её, понятное дело, было нечем, но пакость какую-нибудь сделать хотелось. Близко подойти тоже не получилось: по насыпи ходил патруль. Нет, перестрелять их было недолго, но не факт, что тут же не поднимется тревога, и тогда нам придётся уходить несолоно хлебавши. Так что решили подождать. И, как оказалось, не зря.

Примерно через двадцать минут после патруля проехала дрезина, а ещё через пятнадцать минут послышался шум идущего поезда. Полотно здесь шло под небольшим уклоном в сторону расположенной в пяти километрах станции, и поезда довольно прилично разгонялись.

Вскоре показался паровоз, весело тянущий за собой состав. В передней его части была оборудована площадка, на которой стояли, зорко вглядываясь вперёд, два немецких солдата в мотоциклетных очках. Машинист, высунув голову из окна, тоже что-то рассматривал впереди. Вот он обернулся в будку и что-то сказал. Почти сразу открылась дверь, и из неё выглянул ещё один, по-видимому, помощник машиниста, и тоже стал рассматривать то, на что ему указывал его товарищ.

Такой шанс я упускать не стал.