Обещаю тебя забыть (СИ)

 — Или тебе прям срочно надо?

— Да нет, в течение вечера скинь мне смс-кой.

— Договорились. Сделаю.

Я провожаю взглядом Катю с сыном, которая, сменив траекторию, обходит меня стороной.

Рано я радовался, когда думал, что хмырь самоустранился. Он ждет ее вместе с какой-то девкой за столиком. Оживляется, вставая и двигая для нее стул. Суетится.

Раздражение копится как снежный ком. Катя, Катя…

Она ведь понимает, что если я узнаю правду, если этот пацан действительно мой сын, то я от нее не отстану. А мальчишка и правда похож на мою племяшку. Даже мимика одинаковая. Как я сразу этого не заметил?

Интересно, тест ДНК потребуется делать или Андреева сама признается, когда поймет, что я все знаю?

Иду к Карине, которая, заметив меня, машет рукой. Другого варианта нет. Набережный был прав, когда говорил, что Карина ни при чем. В конце концов, окончательное решение о том, чтобы взять ее с собой сюда, принимал я, значит, мне и отвечать.

Сесть отдельно означает дать повод для сплетен, которые мне сейчас не нужны. Да и вообще не нужны, не только сейчас.

— Что тебе заказать? Меню у них ограниченное, так что выбор не особо большой, — наклоняется она к уху, когда я присаживаюсь за стол.

Пробегаю глазами по названиям блюд, тыкаю пальцем в парочку. Есть все равно не хочу, но для приличия на столе должно что-то быть.

Карина подзывает официанта, передавая заказ.

— Как прошел день? — интересуется она.

— Продуктивно.

— Все сделал, что хотел?

— Почти, — отвечаю сухо.

Народа собирается достаточно. Все свободные места заняты, а те, кому не хватило, остаются стоять. Я так понимаю, приехали местные фанаты музыкальной группы. И все бы ничего, но меня начинает раздражать количество лишних людей, особенно когда они закрывают обзор того, что мне на самом деле здесь интересно, а именно — столик Кати.

Взгляд помимо моей воли притягивает их четверка, вернее, тройка: Андреева, ее сын и этот долговязый хмырь.

Пацаненку периодически становится скучно, он вскакивает, чтобы попрыгать, потанцевать, пока мама занята милованием со своим хахалем.

Вот этот жердь берет ее за руку, вот подносит ко рту, целуя, наклоняется, чтобы то ли что-то прошептать на ухо, то ли поцеловать.

— Пойдем потанцуем? — одергивает меня Карина в тот момент, когда Катя, улыбаясь, с чем-то соглашается и чуть ли не заглядывает в рот этому дрыщу.

— Не хочу, — отзываюсь на автомате.

— Стас, ты целый день напряженный. Пойдем, расслабишься.

— Я не хочу, — поворачиваюсь в ее сторону и повторяю жестко.

К счастью, до нее доходит и в третий раз повторять не приходится.

— Ну и ладно, — жмет обиженно плечами.

Карина с самого приезда сюда заметила, что у меня плохое настроение.