Я тебя верну

— Лёш, что за прелесть твоя Марина! Да, все предприниматели крайне честные. Чем богаче, тем честнее. Меня смущает тот факт, что после вступления Миронова в наследство, у вас поменяли судью. Москва вмешалась: якобы решения принимались нечестно. После этого они стали приниматься в сторону Миронова. Так называемого Нового Кулака. Удивительно, да? Может, у него есть какие-то серьезные связи в Москве?

— Ничего об этом не знаю, — говорю правду. Потом быстро добавляю: — Еще до появления Данила Миронова все ругали наших судей, что те брали взятки и всё такое. Если какого-то судью сняли, то станица вздохнула спокойнее. Последние годы мы жили всё хуже и хуже, были готовы к переменам.

— Любопытно... — задумчиво тянет Яшин. А потом вдруг решает закрыть тему: — Спасибо, Марина, ты очень помогла.

— Что-то не уверена, — улыбаюсь я. — Всё это можно найти в интернете. Я уехала из станицы в восемнадцать лет, в то время меня совсем не интересовала политика."

"Настолько не интересовала, что я несколько недель принимала Данила Миронова за обычного работягу. Тот не спешил рушить интригу и охотно пользовался моей наивностью. Возил на свидания, заботился... Пока я не влюбилась в него до смерти. А когда он признался, было уже поздно. Между нами образовалась пропасть. С другой стороны, если бы я знала, что передо мной сам Новый Кулак, и на пушечный выстрел его к себе не подпустила бы! И моей Миры бы не было. Чувствую, что скучаю по ней. Так что всё к лучшему.

— Если что-то вспомнишь, расскажи, пожалуйста, — вновь привлекает внимание Яшин. — Миронов — темная лошадка на поле, в Ростове о нем никто ничего не знает. А мне нужна информация, чтобы понимать, как дальше вести дела.

— Разумеется. Если что-то вспомню, — киваю, искренне желая, чтобы этот разговор поскорее закончился.

— Ты же придешь с Лёшей в субботу на юбилей Дмитрия Алексеевича?

Это их дальний родственник и по совместительству местный политик.

— Если с Мирой всё хорошо будет, то, может, ненадолго, — обещаю я. — Спасибо большое за приглашение!

— Не за что. Будет приятно тебя увидеть, Марин.

Мы обсуждали планы на субботу с Лёшей. Решили, что на приеме будет невыносимо скучно, но появиться нужно, иначе невежливо.

Отец Алексея кивает и отпускает нас по своим делам. Уже в дверях я оборачиваюсь, чтобы спросить, приглашен ли Данил в ресторан. Но в последний момент не решаюсь. Лёша обнимает меня за плечи и ведет к лифту.

— Вот так я и живу, — говорит он. — Допросы, подозрения... всю жизнь.

— Твоему папе меня не напугать, Лёш. Не забывай, что мой отчим был полицейским. И даже с учетом этого мы с Варей умудрялись прятать от него деньги. Врать я училась у лучших.

— Да, помню-помню, на любую мою историю у тебя найдется пострашнее.

Я смеюсь.

— Зато со мной не скучно.

— Ни единой секунды.