Заставлю тебя полюбить

— Бэмби, перестань себя накручивать. Хотеть секса, реагировать на ласки — это нормально.

— Я не хочу об этом говорить, — наконец выдавила из себя Мила, но кто бы ее слушал.

— Придется. Хватит искать проблему там, где ее нет. В конце концов, я твой муж.

— Не по моей воле, — справедливо заметила Мила, в очередной раз уколов Ракитина, но тот, кажется, даже бровью не повел.

— Чего ты ершишься, Мил? Я же видел твою реакцию, ты сколько угодно можешь отрицать, но ненависть не то чувство, что ты ко мне испытываешь. И не надо грызть себя, это ни к чему.

Какое-то время они молчали. Каждый думал обо всем и ни о чем. В какой-то момент усталость снова взяла свое, и Милка мирно засопела на груди мужа, а тот в свою очередь лишь устроился поудобнее, так и не выпустив свое сокровище из объятий. Естественно, ему было неприятно, и в какой-то степени даже больно видеть такую ее реакцию, но он вполне был к ней готов.

Он ведь знал, что просто не будет. Но лучше так, зато рядом с ним, в его руках, чем где-то там, среди ночи, в разбитой машине. Одна лишь мысль, одно лишь воспоминание о той ночи вызывали у Ракитина панический страх. Он мог потерять то, что ценил больше всего на свете.

И пусть последние два года он старательно пытался держаться подальше от предмета своего воздыхания, от девушки, что окончательно свела его с ума, лишив здравого смысла, потому что она вообще не для него была: младше него вдвое, дочь командира — он даже не смел смотреть в ее сторону.

Самым простым выходом было уехать, и он уехал. Согласился на очередное задание, отказавшись от выгодного предложения Багирова занять весьма соблазнительную и желанную многими должность. Изо дня в день Саша видел, как погибают люди, он и сам несколько раз был на волоске от смерти."

"Сколько раз он чудом спасался от смерти, сколько раз пули пролетали в нескольких сантиметрах от него. Он и сам сбился со счета. И все же Ракитин упрямо отказывался становиться «штабной крысой», не в обиду генералу Багирову, конечно. А в тот вечер словно прозрел, осознав очевидное. Вот оно — то, ради чего он жил. И не стань этой маленькой занозы в его заднице…нет, он даже представить ничего подобного не мог. Она здесь, в его руках.

Погруженный в собственные мысли о прошлом и будущем, Саша так и не смог уснуть, а когда вдали засверкал рассвет, он и вовсе отказался от мысли вернуться ко сну.

Ракитин взглянул на притихшую у него на груди жену, напоминавшую ему маленького ангелочка, впрочем, именно ангелом она для него и была. Лишь благодаря мыслям о ней, он возвращался живым, просто чтобы увидеть ее еще разок.

— Мил, — Ракитин слегка тряхнул девушку. — Мил, просыпайся.

Нехотя разлепив веки, девушка непонимающе уставилась на мужа.