Я тебя отвоюю

Дашины ответы их наверняка не удовлетворили на сто процентов, но…

Софья подошла, положила руку на плечо дочери, сжала немного, потом наклонилась, целуя в макушку поникшей головы, шепнула:

— Мы всегда рядом, Даш. Просто помни…

И озвучила выбор двоих.

Глава 22

После разговора с родителями Даша поехала домой. Не к Стасу — уже к себе. Он не звонил, не писал, даже в сети давно не был — Даша проверяла. С одной стороны, может, ждал, когда наберет сама (если наберет), с другой… Мог просто забыть на какое-то время о том, что она теперь вроде как в его жизни. Хотя бы на вечер. Имел право на это? Конечно, имел."

"Пугала ли Дашу такая возможность? Несомненно, пугала. Но страх навязаться по-прежнему был сильным. Как бы уверенно она ни говорила родителям, что «что-то значит для Стаса», определиться — что именно — пока не смогла. И где границы желаемого и дозволенного в их отношениях тоже не знала.

Когда-то совсем недавно и одновременно так давно в отношениях с Богданом ее всецело устраивали встречи несколько раз в неделю, редкие нежные смски и короткие созвоны, сейчас же… Мысли о Стасе почти не оставляли. Зудели в голове и сердце — то разливаясь теплом, то покалывая болью, сомнением, страхом…

Даша понимала и даже могла довольно хладнокровно констатировать, что с его стороны это совсем не та любовь, которой пылает ее сердце, но что тогда? Симпатия, привязанность, такое же стремление к комфорту, как было у нее по отношению к Богдану? Кто она? Тихая гавань, в которую его внезапно прибило из девятибалльного шторма? Или новый шторм? Где их точки соприкосновений, где границы? Ответов у Даши пока не было.

Квартира встретила хозяйку не просто тишиной, а какой-то давяще-звенящей… А еще вещами Богдана. Везде. Куда ни глянь. За что ни возьмись.

Значит, не приезжал.

Даша слишком медленно, как самой показалось, разувалась. Потом слишком медленно плелась в ванную. Дальше — в спальню, чтобы переодеться в домашнее и сесть на краешек кровати, глядя перед собой… Туда, где на комоде фотография из прошлой жизни.

Можно ли одновременно испытывать облегчение и тяжесть? Можно, Даша теперь не сомневалась.

Три последних дня были созданы для того, чтобы отбросить все — сомнения, волнения, забыть о проблемах, отчасти даже о совести… И наслаждаться.

Но они прошли, и теперь… Вокруг опять реальность. Уже другая. Не такая, как была до… Но время побегов окончено, а значит, нужно учиться жить с этими раздирающими душу эмоциями. Стыда и жалости. Надежды и отчаянья.

Со временем станет легче, Даша знала. И ей самой, и, главное, Богдану, но пока… Пока в душе зияла рана, которую сама же себе нанесла.

Нельзя выбросить из жизни человека, с которым прошли рука об руку четыре года. Это больно, даже когда не сомневаешься, что идти с ним дальше не можешь.