Я тебя ненавижу

И да, я даже не задумывалась о том, что у меня не было денег на такси, а я находилась не меньше, чем в получасе езды от дома. Я готова была пройти весь этот путь на каблуках, только бы больше не видеть счастливого жениха.

Свернув в указанный Сашей коридор, я увидела первую дверь справа, о которой он говорил. Только потянулась к ручке, как знакомая хватка на локте остановила меня. Эмиль потащил меня дальше от туалета, я едва поспевала за ним на высоких каблуках.

– Пусти немедленно, – прорычала я, голос уже срывался. Ни за что я не собиралась плакать при нем, но предательские слезы снова и снова накатывали на глаза. – Пусти, я сказала!

Эмиль бросил на меня короткий взгляд потемневших глаз, распахнул дверь в одну из комнат и затолкал меня туда, захлопнув за нами дверь.

– Прямо гребаное дежавю, – прорычала я, отскочив от Тарханова на несколько шагов. Вздрогнула, когда щелкнул замок.

– Зачем ты пришла? – резко спросил он.

– Посмотреть в твои лживые глаза.

– Мои глаза никогда не лгут, Полина.

Я горько усмехнулась.

– Правда? Тогда почему я ничего не знала о помолвке?

– Это досадное недоразумение, которое я исправлю.

– Да неужели?! – вскрикнула я, и непролитые слезы так не вовремя вырвались на свободу. – Как? Сорвешь кольцо с ее пальца?!

– Полина, ты не знаешь всего…

Я вскинула руки и резко опустила их, хлопнув по бедрам.

– Ну конечно! Что еще ты мог сказать? Браво, Эмиль, ты стал вождем всех подонков! Переплюнул даже своих друзей. Всех, вместе взятых. Ну давай, придумай новую небылицу, чтобы наивная дура Полина поверила тебе.

Глаза щипало, когда слезы смешались с дешевой тушью, и я резким движением смахнула влагу со щек. Эмиль сделал шаг ко мне.

– Не приближайся, – процедила сквозь зубы. – Не смей больше подходить ко мне.

– А ты не смей так разговаривать со мной! – рявкнул он. – Разве не ты говорила о доверии в отношениях? Ну так, блядь, доверяй мне!

– Ты уже дважды обманул меня, Эмиль! Откуда взяться доверию?! Ты самый обычный мажор, который привык, что ему само все с неба падает! Ты считаешь, что можно играть чувствами других людей! Потому что я не человек, правда? Я – кукла! И ты не просто так дал мне такое прозвище. Это не уменьшительно-ласкательное, а пренебрежительное! Потому что ты, Тарханов, редкое дерьмо, и я сожалею, что вообще связалась с тобой!

– Полина, – произнес он угрожающе низким голосом, – еще раз говорю: не смей. Так. Со мной. Разговаривать."

"Он жестко чеканил каждое слово, неумолимо приближаясь ко мне, пока я отступала назад. Я даже не обратила внимания, в какой комнате мы находились, пока не уперлась бедрами в стол позади себя. Бросила быстрый взгляд по сторонам, ища пути отступления. Кабинет. Мужской.