Мир, где нет тебя

Вспыхнувшая неловкость, по крайней мере, Лана хлебнула её сполна, а вот Ваня отвернулся и свесился с кровати, пытаясь отыскать в кармане джинсов захлёбывающийся в ажиотаже телефон.

Глянув на экран, Иван негромко ругнулся. И звонок сбросил. И Лана сразу догадалась, кто звонил. Леся. И поймала себя на мысли, что она не чувствует угрызений совести. Вместо этого, глядя на голую спину бывшего мужа, к ней неожиданно пришло долгожданное решение. Непростое, но этим утром показавшееся правильным и, можно сказать, единственным. Которое сделает несчастной одну женщину.

– Ваня.

Он расправил плечи, отложил телефон и решил потянуться.

– Это с работы, – соврал он. – Ты выспалась?

– Соня – твоя дочь, – сказала она после короткой паузы. И её жизнь снова изменилась.

11

Что называется, с днём рождения.

Лана готовила завтрак, в эти минуты считая за счастье, возможность стоять к Ване спиной. Не смотреть на него, не прятаться от его взгляда, хотя и чувствовала, постоянно ощущала его буравящий взгляд в затылок. Кажется, он её ненавидел. Это безумно задевало, но в то же время Лана понимала, что основания для этого у бывшего мужа есть. По крайней мере, до тех пор, пока Ваня не успокоится и не уложит в своей голове тот факт, что он сам немало сделал для того, чтобы их ситуация сложилась именно так. А не как-то иначе.

По-прежнему стараясь избежать его взгляда, Лана отошла от плиты и от порога кухни позвала:

– Соня! Ты умылась?"

"Ваня сидел в кресле за её спиной и нервно тряс ногой. Он боялся увидеть девочку. Странно, но он всё утро даже мысленно называл Соню девочкой. Никак иначе не получалось. И страх внутри поселился. Он даже с Ланой не разговаривал, не мог с собой справиться. Когда она сказала ему… просто произнесла эти слова, спокойно и наверняка с каким-то умыслом, она теперь ждала от него чего-то. Чего именно Иван пока не понимал, и из-за этого злился. А ещё, не специально, но пытался подсчитать – месяцы, недели, сопоставить факты, и из-за этого чувствовал себя глупо и уязвимо. И прислушивался к топоту на лестнице, и секунду, две, три, ждал, что маленькая девочка, с которой он лишь вчера свёл более-менее близкое знакомство, вбежит на кухню, посмотрит на него, улыбнётся и совершенно неожиданно, вопреки всем его жизненным принципам и устоям, окажется его дочерью. А он совершенно не понимает, как себя вести. Как ни в чём не бывало, пить кофе и есть яичницу, точно не получится.

Иван даже лицо ладонью потёр, устав от такого количества трагических мыслей сразу. Он лицо потёр, а когда поднял глаза, понял, что Лана за ним наблюдает. Стало неловко.