Я научу тебя любить

Таким же. Только темным. По голым щиколоткам, коленкам, бедрам, вверх по майке, по ключицам, шее, губам…

— О чем думаешь? — которые шевелятся, задавая абсолютно непозволительный вопрос. Во всяком случае, когда-то Ане так казалось. Сейчас же… Все стало намного легче. С тех пор, как девушка убедилась: он видит общее будущее для них. Видит и верит. И планирует. На двоих.

Именно это она должна была понять. Именно это почувствовать. Именно это он имел в виду.

Его прогноз поменялся. Из «если год — хорошо. Но скорее пару месяцев» в предложение вместе задуматься о том, что через полтора года им может быть хорошо уже в другом городе, но тоже вдвоем.

Когда-то, спрашивая о мечте в номере Венской гостиницы, Аня и подумать не могла, что запускает механизм размышлений. Наверное, таких же, как те, свидетелем которых она стала сейчас. С прошагиванием по комнате. С рассматриванием собственных рук. С мыслями, транслируемыми в потолок… О том, чего хочет он, чего он хочет для нее, чего он хочет для них. Но пусть «процесс размышлений» она пропустила, результат получила тоже абсолютно эксклюзивно.

Он хотел общего будущего с параллельной реализацией ее мечт и собственных планов.

Корней по-прежнему не готов был клясться Ане в вечной любви, но даже подходя к их реальности трезво, как бы обещал — я буду очень стараться, потому что хочу тебя рядом."

"Сегодня. Завтра. Через полтора года тоже. Долго хочу. Если так будет всегда — я готов.

Получится ли все так, как он хотел бы — неизвестно. Но Аня очень в него верила. В себя куда меньше, но ради Корнея собиралась подтянуться, постараться, дорасти. До Лондона. Или до звезд. Как он захочет. Как решит.

После разговора о будущем прошла почти неделя. Завтра им предстоял ответственный день. Во-первых, возвращение в ССК после спонтанного отпуска. Во-вторых, приезд ба…

Квартира Ланцовых была готова. Пришла пора увидеть результат и начать переезд. Пришла пора поговорить…

Аня прокручивала в голове слова, которые скажет бабушке, все эти дни. Ей плохо спалось, много думалось… Сомнений в том, что сделать это нужно, не возникало, но вот как…

Ане очень хотелось, чтобы бабушка поверила в них с Корнеем сразу же. Чтобы не усомнилась, как сделали остальные. Но девушка понимала — это практически невозможно.

Корней не приставал к ней с ежечасными вопросами: «а ты уже? А когда? А почему еще нет?». Кивнул, соглашаясь с установленным самой же Аней сроком — при личной встрече, когда Зинаида приедет. Ждал.

Обоим понятно было, что если Аня струсит — он рубанет. Поэтому трусить было нельзя.

К мужчине за советом насчет того, как лучше будет построить беседу, Аня не обращалась. Это было бы странно… Но очень надеялась, что он просто будет рядом в нужный момент.