До тебя

Я выскочил из машины, чувствуя, что руки напряжены, как стальные стержни. Я обошел машину, и он сделал то же самое, так что мы встретились посередине.

– Ты говнюк, – процедил я сквозь зубы.

Ну, давай, ударь меня.

Мы стояли практически нос к носу. Роумэн был почти одного со мной роста, но все же чуть пониже.

– Ты скидывал меня с полосы! – прошипел он. – А может, ты просто не в курсе, как управлять своей машиной.

Я едва не расхохотался.

– На этом треке нет полос. – Идиот. – И давай не будем о том, кто не в состоянии совладать со своей тачкой.

Роумэн, с его грязными черными волосами, зализанными назад, ткнул мне пальцем в лицо:

– Послушай, Принцесса. Возвращайся, когда отрастишь яйца и снимешь тренировочные колеса. Может, хоть тогда станешь мужиком и сможешь со мной потягаться.

Он произнес это дребезжащим голосом, будто два мусорных бака ударялись друг о друга, и мне захотелось его заткнуть.

– Стану мужиком? – переспросил я с такой гримасой, будто это было самое нелепое заявление, которое я когда-либо слышал. Повернувшись к столпившимся вокруг зрителям, я развел руки в стороны ладонями вверх. – Стану мужиком?

Они меня знали, большинство из них были моими одноклассниками.

И, как по команде, Пайпер отделилась от толпы и направилась ко мне. Толпа взревела от восторга, когда она прижалась ко мне всем телом и, одной рукой взяв меня за задницу, поцеловала – медленно и глубоко.

И тут же словно чьи-то невидимые руки принялись оттаскивать меня назад, пытаясь вырвать из ее объятий, и мне пришлось напомнить себе, что нужно окунуться с головой, а не пытаться плыть.

Я провел руками по ее телу, ощущая ее горячий язык у себя во рту.

То, что нужно.

С Пайпер было легко.

Толпа ревела от восторга при виде этого шоу, а мои губы напряглись, и поцелуй стал неуклюжим.

И от его вкуса меня вдруг замутило.

Тэйт ворвалась в мои мысли так же, как и воспоминание о ее губах.

Толпа ликовала, а я пытался поставить Роумэна на место, но все это было неправильно.

– Хорошо! – Зак пробирался к нам сквозь толпу. – С дороги, с дороги.

Пайпер улыбнулась мне и, пошатываясь, вернулась к своим хихикающим подружкам.

– Слушайте. У нас есть две новости: хорошая и плохая. – Зак обвел собравшихся взглядом, обращаясь скорее к ним, чем к нам с Роумэном. – Плохая новость: мы объявляем ничью.

Все как один издали разочарованный стон, а некоторые выругались.

Черт возьми. Я вздохнул.

– Но есть и хорошая новость, – поспешил добавить распорядитель, – есть способ выйти из этого патового положения.

Я увидел на его лице жуткую ухмылку, и мне стало не по себе. Зак мог быть коварным.

– Реванш? – спросил я с надеждой.

– В каком-то смысле. – Его улыбка стала шире.