Я ненавижу тебя! 1 и 2 книги

Но эта грубость, наоборот еще сильнее разожгла огонь возбуждения в низу живота Маши.

Каждый его толчок, каждый болезненный поцелуй-укус в шею, сильные пальцы, зарывшиеся в ее волосы, ощущались, словно сухое горючее, которое Влад, подбрасывал в топку ее возбуждения…. Он действовал, как похотливое животное, берущее самку, по среди диких лесов…

Маша не выдержала и застонала, ощутив, как все внутри нее затряслось от накатывающей волны оргазма.

Влад почувствовал приближающуюся разрядку рыжей ведьмы, и понял, что она может не выдержать и закричать, потому что сам еле сдерживал свои стоны удовольствия. Он закрыл ее рот рукой и увеличил темп, чувствуя, как стенки влагалища ведьмы, сжимают его член с такой силой, будто пытаются выдоить из него всю сперму.

Они достигли пика одновременно. Маше показалось, что в низу ее живота произошел маленький атомный взрыв, прокатившийся своей разрушительной волной по всему ее телу.

Влад вжал ее в свою грудь, крепко перехватив обеими руками, продолжая какое-то время содрогаться, от сильного оргазма. У него сложилось ощущение, что презерватив сейчас лопнет от того количества спермы, что Машина вагина выдоила из него. Он усмехнулся, и потерся носом о рыжие волосы. А затем глубоко вдохнул их цветочный аромат.

– Как же вкусно ты пахнешь, – прошептал он ей в макушку.

И этот шепот наконец-то вернул ее на землю обетованную. Правда Маша не сказала бы, что совсем уж вернул. Пока Влад приводил себя в порядок, она так и не могла сообразить, что ей делать дальше, как себя вести, и стояла на коленях на кресле, продолжая держаться обеими руками за его спинку, боясь, что стоит ей отпустить ее, как она тут же позорно рухнет на пол.

– Не двигайся, – откуда-то из далека донесся до ее, все еще затуманенного отголосками оргазма мозга, голос Влада, – я сейчас тебя вытру.

Он достал из одного из шкафчиков салфетку, и начал убирать следы смазки, влажной, а затем и сухой салфеткой, стараясь не касаться чувствительных складочек. Потом вернул на место ее трусики и колготки, отпустил юбку. Подхватил за талию, и осторожно сняв с кресла, поставил на ноги. Повернул к себе, поправил бюстгальтер, застегнул блузку и заправил ее в юбку. И даже растрепанные волосы привел в порядок, осторожно расчесав их собственными пальцами.

«Как когда-то в детстве… он всегда приводил ее в порядок, перед тем, как отпустить: заботливо поправлял одежду и растрепавшиеся волосы, а сейчас даже вытер следы смазки…», – вяло отмечал Машин мозг, все эти действия.

Она так и продолжала не двигаться, позволяя ему с собой делать все, что он захочет. И никак не могла определиться со всеми своими эмоциями.