Беру тебя в жены

Это правда?

— Немыслимо! Профессиональная компаньонка? В твоем положении ты можешь с легкостью выбрать любую наследницу на ярмарке невест.

— Не знаю, могу ли я быть слишком разборчивым, мадам. — Эдисон тонко улыбнулся. — Вы, должно быть, забыли, что сам-то я не подарок. Как вы помните, я родился не с той стороны одеяла. Рождение же мисс Грейсон, напротив, весьма почтенно.

Глаза Виктории метали громы и молнии, но она не заглотила наживку.

— Мне также сказали, что причиной, по которой ты объявил о своей помолвке с мисс Грейсон, да еще посреди ночи, был тот факт, что ей грозило обвинение в убийстве мистера Крэйна.

— Да, это оказало некоторое влияние на мой выбор, — согласился Эдисон.

— Все, кто был в Уэр-Касле, верят, что это она убила Крэйна. Большинство считает, что ты обручился с убийцей!

— Для меня это не имеет никакого значения. — Эдисон пожал плечами. — Крэйн заслужил пулю.

Виктория вытаращила на него глаза:

— Да как ты можешь быть таким пресыщенным? Мы же говорим о жестоком убийстве невинного человека!

— Чилтон Крэйн отнюдь не был невинным.

— Ты забыл, что мистер Крэйн был глубоко уважаемым светским джентльменом? Он был членом всех лучших клубов. Вращался в самых высших кругах. С материнской стороны он состоял в родстве с маркизом Райвертоном.

— Крэйн был погрязшим в разврате негодяем, который бросался на молодых женщин, у которых не было защитников. Он специализировался в насилии над горничными, гувернантками и компаньонками. Кроме того, он был безудержным игроком. — Эдисон остановился. — Кстати сказать, он, вероятно, имел много общего с моим отцом?..

— Да как ты смеешь говорить подобные вещи? — Голос Виктории задрожал от ярости. На этот раз она заглотила крючок. — Я много раз говорила тебе, что Уэсли не насиловал твою мать. Она была глупой молодой женщиной, вступившей в связь с уже помолвленным мужчиной, да еще выше себя по положению, и сполна заплатила за это.

— Она была глупа, — вежливо согласился Эдисон; — Достаточно глупа, чтобы поверить моему отцу, когда тот заявил, что любит ее. Достаточно глупа, чтобы поверить ему, когда он сказал, что свободен и может на ней жениться. Достаточно глупа, чтобы думать, будто вверяет себя человеку чести.

— Никогда не забывай, что она продала свою честь!

Эдисон сжал пальцами каминную полку и заставил себя выдавить вежливую вопросительную улыбку.

— Мне, разумеется, приятно обсуждать с вами семейную историю, мадам. Но должен вас предупредить, что я зашел ненадолго, так как на четыре у меня назначена еще одна встреча. Если сегодня вы хотите о чем-то со мной поговорить, возможно, нам следует к этому вернуться.

Губы Виктории сжались в тонкую, плотную линию.