Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон! (СИ)

Итак, две обычные монетки в 2 гуналя.

Словно что-то почуяв, оплетай дернулся на столе, как будто сильно протестовал против обряда, который Грифруто собирался произвести.

Дурная нежить, вними сей задаче,

Жизни живых ты не мешай!

Сон твой будет дюже оплачен –

Крепко и вечно ты засыпай!

Нараспев проговорив этот простой стишок, профессор некромантии торжественно положил монеты на глаза уже конкретно порывающемуся встать чудовищу, которое явно не собиралось ждать ночи, для того, чтоб утолить свой голод.

И на тебе – как отрезало! Оплетай с монетками на глазах послушно замер, сложив когтистые ручищи и вытянувшись на своем ложе, а лицо у него приняло благостное и даже довольное выражение.

– С ума сойти, – пробормотал Эл Куртоль рядом со мной.

Правда, выглядел он при этом не восторженным, как большинство некромантов, а каким-то скорее отвращенным.

Грифруто между тем рассказывал о древней традиции, на которой и основан этот ритуал упокоения – плате паромщику душ за переправу в царство мертвых.

Но не успел он закончить этот интересный и мрачный рассказ, как в дверь аудитории постучали.

– Простите, что прерываю ваше занятие, но ректор Готени вызывает к себе Хэллию Сенфрид, – проговорил Игорях Иссаволь, показавшийся на пороге анатомического театра.

– Раз вызывает, значит, пусть студентка идет, – не стал протестовать профессор некромантии. 

Чему я искренне порадовалась: некромантия в число моих любимых предметов точно не входила, да и на нежить любоваться как-то не хотелось. Хоть с монетками на глазах, хоть без.

– Спасибо, что спасли меня! – на радостях сказала я Иссаволю.

– Не любите некромантию? – с хитринкой вымолвил Игорях. – Всегда к вашим услугам, фэссарина Хэллия – я могу приходить хоть каждое занятие и вызывать вас под разными благовидными предлогами.

Королевский оборотень-ревизор шел наравне со мной, и при этом улыбался так здорово, что я даже на пару мгновений позабыла о том, кто занимал все мои мысли. Ну почти все, не считая размышлений о монеточке и о Туни.

Королевский бал неотвратимо надвигался, а я по-прежнему не знала, как избежать объявления на нем нашей с лепреконом помолвки.

Я открыла было рот, чтобы со всей честностью сказать Иссаволю, что не смогу посетить данное мероприятие в качестве его спутницы, но оборотень опередил меня.

– Еще раз хочу поблагодарить вас, Хэлли, что не отказали мне в моей небольшой просьбе…

Он неловко достал что-то из кармана. Что-то, оказавшееся маленькой милой коробочкой, обтянутой зеленым бархатом.

– Вот… Это вам… – волнуясь, проговорил Иссаволь. – Вы только не подумайте чего, это просто подарок. Знаю, у меня совсем нет вкуса, первый раз подарок фессарине выбирал, честно говоря. Но я хочу, чтобы вы знали, Хэллия – это от чистого сердца.