Ненавижу тебя, сводный брат!

И все же, внутренний упрямый чертенок заставляет произнести упрямо:

— Я тебя не боюсь! Слушай, тебе не кажется, что это смешно и жалко? Приехать в дом, когда нет наших родителей. Играть со мной, преследовать. Тебя зациклило? Нет других интересов? Убери от меня руки, и я уйду в свою комнату. Лапать своих шлюх будешь.

Самой не верится, что смогла произнести столь длинную фразу, и даже голос ни разу не дрогнул. Могу собой гордиться.

Теперь в его глазах появляется удивление. Он словно не верит, что я на такую дерзость способна.

Смех Арслана пронзает тишину.

— Серьезно? Маленький смелый кролик вышел на тропу войны? С чего ты взяла, что я тебя преследую, мечтаю полапать? Хотя…

Вспыхиваю от его слов, сжимаю руки в кулаки. От горячего пристального взгляда моя кожа становится настолько чувствительной, что ткань пижамы раздражает ее. Особенно в области груди. Чувствую, как мои соски твердеют, и уж точно не от холода, потому что я пылаю с каждой секундой все сильнее. Что за бред? Наваждение! Я не могу заводиться от его взгляда.

Я ненавижу Арслана Эстемирова всей душой!

Пронзительная тишина пугает. В ней слышно только наше дыхание. Мое — прерывистое. Его — тяжелое.

— Малышка… Ты сама напросилась, — произносит Арс хрипло.

Его лицо все ближе, чувствую горячее дыхание на своей шее. Меня окутывает запах. Свежесть, хвоя, горьковато-терпкие ноты. Хочется вдохнуть поглубже, но я не могу. Тогда наше дыхание смешается… Что он делает? Совсем с ума сошел.

Только сейчас замечаю, что волосы Арслана влажные. С них на мою грудь попадает несколько капель, отчего я вздрагиваю. Видимо, он только из душа. На нем футболка и спортивные штаны.

Сердце сбивается с ритма, когда он прижимается ближе, нависая сверху. Обхватывает пальцами мой подбородок, большим проводит по моей нижней губе, нажимает сильнее.

Я должна оттолкнуть его, но меня словно загипнотизировали, я как кролик перед удавом. Абсолютно беспомощна. Оказывается, его грубость еще более разрушительна, чем ласка.

Его губы горячие, влажные, настойчивые. Я настолько ошеломлена, парализована, не могу поверить в происходящее, что и сопротивляться тоже не могу. Позволяю этот поцелуй, который становится все глубже. Неожиданно Арслан обхватывает ладонью мою шею, сжимает, отчего открываю рот шире, начинаю паниковать. Проникает в мой рот языком, буквально врывается туда жестко и ритмично, пошлыми толчками. Другая его рука залезает под пижамную кофту, стискивает груди, больно.

Я начинаю вырываться, извиваться под ним, задыхаясь, пытаясь сомкнуть губы. Пуговицы пижамной кофты трещат, отрываются. Наше сражение молчаливое, но с моей стороны — отчаянное. Он же… словно из камня, невозможно свернуть, отодвинуть эту глыбу. Мне не справиться. Теперь понимаю, что значит настоящая опасность.