(Не) прощаю тебя

Лило как из ведра, дворники едва справлялись, кое-как открывая обзор. Я пока два метра до машины добежала, промокла прилично. Про Гришу вообще молчу. Его выжимать можно.

– Ты сам как? Чем занимаешься в целом? – решила разбавить тишину безобидным вопросом. Хоть и сложно было настроиться на нейтральный лад. Точно не так быстро.

– Да всем понемногу.

И дальше он, явно не без удовольствия, стал рассказывать о работе, увлечениях. Даже чудно было, что мы просто разговариваем, без нападения и обороны. Непривычно.

– Помнишь Варю с Никитой? – спросил, когда закончил рассказывать про бизнес. В котором, вынуждена согласиться, он неплохо преуспел.

С Варей я неплохо общалась, до того как мы с Гришей разошлись. Хорошая девочка. А потом я замкнулась в себе и оборвала все связи, которые, так или иначе, напоминали о прошлом. Варя попала в то число людей, от которых я отгородилась. Сейчас уже думаю, что зря. Нельзя было влезать в кокон замкнутости настолько капитально.

– Второго родили недавно.

– Ого, здорово! Мальчик, девочка?

– Снова девчонка. Никита, как в малине теперь. – не сдержал доброго смешка. – Олесей назвали. Крестница моя.

Гриша говорил об этом с такой теплотой в голосе. Интересно, он переболел свой диагноз? Радуется за друзей вполне искренне. Грусти такой в глазах не было, как шесть лет назад. Хотя шесть лет назад там скорее не грусть была, а злость, чуть ли не на весь мир в целом.

– Молодцы они. Я рада. – действительно рада. Хорошие ребята.

– А ты как? Счастлива с ним? – вот это поворот, однако.

– К чему этот вопрос? – снова захотелось облачиться в защитную скорлупу.

– Да, счастлива. – гордо вздёрнула подбородок. Счастлива ведь.

– Люблю. – ответила без запинки.

– Врёшь. – стрельнул в меня хитрым прищуром, а я чуть было не задохнулась от возмущения.

– С чего такие умозаключения? Ты совершенно не знаешь нашу семью, чтоб делать хоть какие-то выводы. – вот тебе и отвлечённое общение без колкостей. Видимо, без обороны мне долго не протянуть.

– Зато тебя я знаю. И знаю, как у тебя глаза горят, когда чувства через край. И неважно сколько вместе. Неделю, месяц или десять лет.

– Знал. Время идёт, люди меняются. Я не исключение. Не обязательно оголять чувства на всеобщее обозрение. Ценнее то, что происходит за закрытыми дверями.

Это с Гришей мы открыто выражали всё. Любили без оглядки, без тормозов. С Димой несколько иначе. Но меня устраивает. Жаловаться мне не на что.

– Ну, пусть так. Как скажешь. – слава богу, он закончил этот бессмысленный разговор.

Оставшуюся часть пути поддерживали нейтральные темы. В целом, нормально доехали. Не поубивали друг друга, уже прогресс. Хотя и были все предпосылки.

– До встречи, Катён. – посмотрел на меня, остановив машину напротив моего подъезда.

– Вряд ли, Гриш.