10000 миль, чтобы найти тебя

Несколько мгновений, когда мое сердце пропустило пару ударов.

– Как это ты не знаешь, кто отец ребенка? – спросила я наконец, почувствовал, что у меня пересохло во рту. Мэгги вытерла слезы, и на этот раз ей удалось посмотреть мне в глаза.

– Я не уверена, что это ребенок Нейта, – тихо призналась она, как будто боялась, что кто-то мог нас услышать.

Я смотрела на нее с недоверием, застилавшим все.

– Хочешь сказать… – начала я медленно.

– Хочу сказать, что ребенок может быть как от Нейта, так и от Малькольма.

Я сделала глубокий вдох, осознавая, что до этого сдерживала дыхание.

– Скажи мне, что это шутка… Скажи, что мы пересекли весь мир не для того, чтобы сказать Нейту, что он станет отцом ребенка, который, возможно, даже не его.

Мэгги схватила меня за руки.

– Он отец, Никки… Наверняка так и есть, я чувствую, что так оно и есть, но не знаю, как тебе это объяснить.

Я посмотрела на нее, не веря своим ушам, и встала.

– Мэгги, ты не можешь чувствовать, что твой ребенок от кого-то. Это так не работает. Если у тебя были отношения с ними обоими в тесные сроки…

– Он от Нейта, Никки.

Я отрицательно покачала головой.

– Ты не узнаешь этого, пока не сделаешь тест на отцовство, Марго.

Мэгги встала и принялась расхаживать по комнате.

– Пока ребенок не родится, мы не узнаем… А до тех пор…

– Что? – спросила у нее я. – Что ты будешь делать?

– Буду действовать согласно своему плану, своему инстинкту, а он подсказывает мне, что отец ребенка – Нейт.

– Мэгги, ты не можешь этого сделать! Да и ко всему прочему, почему ты хочешь, чтобы ребенок был от него? – пришлось повысить голос. – Ты не можешь использовать ребенка в качестве предлога, чтобы привязать Нейта к себе, это абсурд, полное безумие!

Мэгги снова села и поднесла руки к лицу.

– Это единственное объяснение, которое мне удалось найти… – сказала она расстроенно.

– Чему ты нашла объяснение?

– Нам с Нейтом… Всему, что пережила, всем нашим разам, когда мы сходились и расходились. Невозможно, чтобы от всей нашей любви, которую мы испытывали, остался лишь пепел боли, что мы причинили друг другу… Что-то хорошее должно было выйти из этого, этот ребенок…

Я смотрела на нее и думала, что она совсем выжила из ума.

– Марго, приди в себя! – Мне хотелось привести ее в чувство, хотя и вышло грубовато. – Ты не можешь вести такую игру. Нельзя вести себя так, словно ты можешь вершить судьбу, как и нельзя относиться к происходящему так, будто существуют какие-то доказательства, подтверждающие существование чего-то подобного. Это уже серьезно! У тебя будет ребенок, и ты не знаешь, кто его отец, но хуже всего то, что ты даже не подумала сказать об этом Малькольму.

Мэгги покачала головой.

– Если Малькольм узнает об этом…

– Ты должна сказать ему! Им! Им обоим! Они должны знать, Мэгги.