10000 миль, чтобы найти тебя

Затем, сделав последнюю затяжку, я выбросил сигару и решил немного облегчить вечер этой девочке, а заодно и помочь своему другу, который наверняка пребывал в полном ужасе от происходящего.

Вот бы я был единственным, кто в ту ночь наблюдал за ними издалека.

Момент настал, и каким бы спокойным я ни выглядел со стороны, меня охватил страх. Больше нельзя было откладывать: сейчас или никогда. Представляю, какой переполох произведет в английском высшем обществе новость о том, что у меня родилась внебрачная дочь, о которой мне ничего не было известно одиннадцать чертовых лет.

Многие бы подумали, какого хрена я творю, представляя свою дочь в такой праздничной обстановке, но при таких обстоятельствах моим родителям придется сдерживаться и избегать неуместных комментариев. Кстати, заодно было бы неплохо избежать нагоняя, которого мне совершенно не хотелось получать. Я опустил взгляд на Лилию и секунду наблюдал за ней. Она была очень милой… ну, по крайней мере, мне казалось, что она выглядела именно такой.

В конце концов, откуда мне знать, я же ее отец, не так ли? Наверное, для отца совершенно обыденно считать свою дочь красивой, или она и впрямь была такой?

Ее мама была красивой. Высокая, длинноногая девушка с почти прозрачной белой кожей и огромными голубыми глазами. Я точно помню момент, когда впервые увидел, как она заходит в университет… Она не училась там, а работала в кафетерии, но половина универа была без ума от нее.

Помню, как только взглянул на нее, сказал себе, что должен сделать ее своей. Дело было не в ее красивом теле или неряшливом пучке, который был заколот ручкой, именно ее улыбка и ямочки на щеках заставили меня мгновенно влюбиться в нее. Юношеская любовь, страстная любовь, она из тех, что затуманивает рассудок, но с течением недель теряет силу.

Я был идиотом… Злился на весь мир, потому что меня заставили поехать в Бостон, чтобы получить степень магистра, которая мне была до лампочки. Меня разлучили с моей страстью – самолетами, воздухом, адреналином, с тем, что только так мне удавалось чувствовать себя живым… и заперли в Гарварде, чтобы подготовить к жизни, которая меня не интересовала. Мы встречались около двух месяцев, и в итоге я расстался с ней, потому что не был и не хотел быть готовым к отношениям.

Знаю, что разбил ей сердце… Но в тот момент мне было плевать.

Меня тревожила мысль, что, возможно, именно холодность, с которой я ее оставил, побудила ее не говорить мне о нашей дочери… В конце концов, мы были из разных миров. Она была официанткой, а я изучал экономику в Гарварде, чтобы получить необходимые знания на тот случай, если в будущем мне придется возглавить одну из крупнейших частных авиационных компаний в мире.