10000 миль, чтобы найти тебя

Мы вернем вам все до последнего фунта, если это то, о чем вы переживаете, но мы не можем держать девочку в стрессовом состоянии в учреждении с повышенной нагрузкой, когда это явно сказывается на ее психическом здоровье. Мы педагоги, а не родители. Эта роль принадлежит вам.

В тот момент, когда она сказала мне, что вернет все, до последнего фунта, я понял, что у меня нет никакого выбора.

Неужели ничего нельзя сделать?

Я встал и застегнул куртку.

– В своей комнате, – ответила мне директриса, тоже вставая. – Давайте провожу вас, чтобы вы смогли поговорить с ней и объяснить ей причины, по которым вы забираете ее домой.

Вот так она и сбагрила на меня всю грязную работу.

Я не стал больше ничего говорить, потому что не хотелось быть невежливым, ибо последнее, чего мне только не хватало в тот момент, – это поиски новой школы. Я следовал за директрисой по тем же коридорам, что и в детстве. Мы поднялись по внушительной спиральной лестнице из дерева, они отремонтировали ее, и теперь она выглядела блестящей и намного новее. У них, должно быть, было много денег, раз они готовы были отказаться от баснословной суммы, которую я им предоставил за последние несколько месяцев.

Мы дошли до коридора, где располагались комнаты девочек. Полы были покрыты ковром, деревянные двери оставались такими же старыми, как в мое время, а пол слегка скрипел, придавая ему ту характерную черту, присущую английским школам, в которых в течение многих лет обучались сотни разных поколений. Меня охватила странная ностальгия от воспоминаний собственных подростковых лет.

Я не раз пробирался в эти комнаты.

И здесь же лишился девственности, прямо на одной из этих кроватей, тайком от всех, с девушкой, которая, как мне казалось, украла мое сердце.

Когда мы подошли к комнате Лилии, директор постучала в дверь и открыла ее сразу же, как только она пригласила нас войти.

Моя дочь лежала в своей постели с книгой в руках.

Лилия испуганно села, увидев меня, наверное, она не ожидала застать меня в школе, не говоря уже о ее комнате.

– Добрый день, мисс Ленокс, ваш отец хотел бы поговорить с вами, – сказала директриса в качестве вступления.

«Да уж, спасибо, госпожа дотошная», – хотелось ответить ей.

Мегера ушла, а я сделал решающие несколько шагов, чтобы войти в комнату дочери, и закрыл за собой дверь.

– Что-то случилось? – испуганно спросила она меня, и на мгновение, не совсем понимаю почему, у нее на глаза навернулись слезы. – С моим дедушкой все хорошо? Прошу, скажи, что мой дедушка в порядке.

Я сел на ее кровать и поспешил успокоить.

– С твоим дедушкой все хорошо, не переживай, – заверил я Лилию, и она сразу расслабилась.

Мне выпало несколько секунд, чтобы окинуть комнату взглядом. На тумбочке стояли три фотографии в красивых голубых рамках со звездами.