10000 миль, чтобы найти тебя

Хочу решить все дела, чтобы поскорее вернуться на Бали.

Алекс внимательно посмотрел на меня.

– И что именно ты хочешь сделать?

Я думала об этом несколько дней, никому не рассказывала, потому что знала, что они попытаются переубедить меня, но решение уже принято.

– Я собираюсь отказаться от своего наследства.

Алекс растерянно моргнул.

– Хочу максимально отдалиться от всего этого, я публично заявлю, что отказываюсь от любых прав, которые могу иметь как наследница своего отца. Мне не нужны деньги, особенно если вступление в наследство может подвергнуть моих близких опасности.

Вид Алекс был недоверчивым.

– Так нельзя, это только заставит людей верить в то, что ты их разводишь, они настроятся против тебя, и это тебе никак не поможет для…

– Ты что, не слышишь меня? – прервала его я. – Мне все равно, что подумают люди, меня не интересует наследство. Мне просто хочется вернуться к своей жизни, я ценю безопасность больше, чем любое наследство, которое может мне принадлежать.

– И ты считаешь, что, если откажешься от него, тебе больше не будет грозить опасность? Они не станут рисковать, предельно ясно, что они не намерены оставлять ни единой болтающейся нити. Ты не сможешь просто взять и вернуться на Бали, Никки.

Я посмотрела на чашку с кофе, которая стояла передо мной.

Мне безумно хотелось вернуться домой, успела уже безумно соскучиться по океану, по прибою, по своей бабушке, собаке, по своим друзьям, по тишине моря и своему острову…

– Не хочу быть частью этой войны, – призналась я, глядя Алексу в глаза. – Не хочу.

Парень внимательно слушал меня.

– Если ты не хочешь сражаться, тогда тебе придется очень хорошо разыграть свои карты, – сказал он, наклоняясь ко мне. – Они должны увидеть тебя со мной, Никки. Пусть знают, что ты не одна, ты не уязвима, ведь у тебя есть я, чтобы защитить тебя, и что, если они не остановятся, то в конечном счете окажутся в тюрьме, или и того хуже… мертвы.

– Когда я была с тобой, в нас стреляли.

– Этого больше не повторится, – сказал он очень серьезно.

– Если бы они хотели убить меня, то сделали бы это сейчас, не думаешь?

Алекс отрицательно покачал головой.

– Думаю, те, кто знал о твоем существовании, не верили, что ты сможешь приехать сюда, и это говорит нам о том, что им известно о тебе гораздо больше, чем мы предполагали.

– Не могу уже так думать, не могу вечно оглядываться, ты вообще понимаешь, насколько усложнилась моя жизнь с тех пор, как я встретила тебя?

Мои слова прозвучали чересчур откровенно, но это были мои искренние эмоции.

С тех пор, как мы встретились, все заметно усложнилось, все распадалось до тех пор, пока не образовалась эта неразрешимая головоломка.