Обнаженная для тебя (HL)

Прозвище его удивило, но, похоже, понравилось.

— Стало быть, в пять. Не заставляй меня ждать.

Из подошедшего лифта вышла Мегуми. Гидеон вошел в кабину и стоял, не отрывая от меня взгляда, пока не закрылись двери.

— Ты набираешь очки, — сказала Мегуми. — Я просто зеленею от зависти.

Я же не нашлась что ответить, так как еще не разобралась в своих чувствах и боялась сглазить. Кроме того, подсознательно меня терзала предательская мысль, что ощущение счастья не продлится долго. Все складывалось слишком уж хорошо.

Усевшись за стол, я принялась за работу.

— Ева, — позвал меня Марк из своего кабинета. — Могу я минутку с тобой поговорить?

Я прихватила ноутбук, хотя выражение его лица и тон подсказывали мне, что он не потребуется. А уж когда Марк закрыл за мной дверь, предчувствие усилилось.

Он подождал, пока я сяду, а потом, вместо того чтобы занять место за столом, пододвинул свое кресло ко мне.

— Прямо не знаю, как и сказать…

— Да просто возьми и скажи. А я уж попробую понять.

Он смотрел на меня с состраданием, явно испытывая смущение.

— Конечно, мне вроде бы встревать не следует. Я лишь твой босс, и личные дела меня не касаются, но я собираюсь вмешаться, потому что ты мне нравишься, Ева, и я хочу, чтобы ты работала здесь долго.

— Это здорово. Я правда люблю свою работу.

— Вот и отлично. Отлично. Я рад. — По его лицу промелькнула улыбка. — Ты просто, ну… будь поосторожнее с Кроссом, ладно?

Я заморгала, встревоженная тем, какое направление принимает разговор.

— Он блестящий, богатый, сексуальный, так что мне понятна его привлекательность. При всей моей любви к Стивену признаюсь, что Кросс и меня чуточку цепляет. Есть в нем притягательная сила, этого не отнимешь. — Марк, явно смущаясь, говорил быстро и сбивчиво. — И уж конечно, мне понятен его интерес к тебе. Ты красивая, смышленая, честная, внимательная… Я мог бы продолжать долго, потому что ты великолепна.

— Спасибо, — тихо отозвалась я, надеясь, что не выгляжу настолько больной, насколько себя чувствую.

Такого рода дружеское предостережение, равно как и понимание того, что другие могут видеть во мне очередную крошку на недельку, усугубляло болезненное чувство незащищенности.

— Я просто не хочу, чтобы тебе пришлось страдать, — пробормотал он и при этом выглядел таким же несчастным, какой чувствовала себя я. — Ну и потом, должен признать, тут есть и эгоистические соображения. Мне не с руки терять прекрасную помощницу только потому, что она не захочет работать в здании, принадлежащем ее бывшему парню.

— Марк, я ценю твою заботу и высокое мнение обо мне. Но поверь, тебе не стоит за меня беспокоиться. Я уже большая девочка. И ничто не сможет заставить меня бросить эту работу.

— Ну и ладно, — с явным облегчением вздохнул он.