Обнаженная для тебя (HL)

) — Ну что, интересное чтение?

Мне на самом деле было интересно узнать, как отец Гидеона, а особенно его самоубийство повлияли на его жизнь. Впрочем, было очевидно, что все ответы на подобные вопросы дожидаются меня в соседней комнате.

Я вышла из спальни, прошла по коридору к гостиной и немного помедлила на пороге. Гидеон стоял у окна спиной ко мне и смотрел на город. Сердце мое забилось часто-часто. Мне было видно его отражение в стекле. Взгляд Гидеона был сосредоточенным, линия рта жесткой. Скрещенные на груди руки выдавали скрытое беспокойство, некую настороженность. Отстраненный и далекий, он, по сути, был человеком, который всегда одинок.

Ощутив мое присутствие, а возможно, и мое желание, Гидеон повернулся и замер, а я скользила по нему взглядом, впитывала в себя его образ. Все в нем выдавало могущественного магната, а его сексуальная привлекательность буквально обжигала глаза. От одного вида порочно обрамлявших лицо черных волос пальцы мои сжимались в неудержимом желании в них вцепиться. А когда он на меня посмотрел… сердце мое готово было выскочить из груди.

Демонстрируя каждым шагом силу и грацию, он подошел ко мне и, взяв руку, поднес ее к губам. Взгляд его был требовательным — жарким и сосредоточенным, — а стоило его губам коснуться моей кожи, как вверх по руке пробежали мурашки, в памяти вспыли грешные прикосновения его губ к моему телу. Что вызвало мгновенное возбуждение.

— Привет. Выглядишь потрясающе. Мне не терпится тебя показать, — сказал он, и глаза его потеплели.

— Хочется верить, что оправдаю твои надежды, — произнесла я с удовлетворенным вздохом, вызванным комплиментом.

Крохотная складочка залегла между его бровями.

— Ты все взяла, что нужно?

Тут подоспел Кэри с моей черной бархатной шалью и с перчатками до локтей:

— Вот, держи. А блеск для губ я сунул в твою сумочку.

— Ты лучше всех, Кэри.

Он подмигнул, тем самым дав мне понять, что заметил презервативы, лежащие во внутреннем кармашке.

— Спущусь вниз вместе с вами.

Забрав у Кэри шаль, Гидеон набросил ее мне на плечи, и от прикосновения его рук к шее меня словно ударило током, так что я не сразу заметила, как Кэри протягивает мне перчатки. Спуск на лифте оказался настоящим тестом на умение выдерживать острейшее сексуальное напряжение. Кэри, правда, вроде бы ничего не замечал: стоял себе слева от меня, засунув руки в карманы, и посвистывал. Но вот Гидеон прямо-таки излучал мужскую силу, даже при том, что не двигался и не издавал ни звука. Я чувствовала исходящий от него магнетизм: я снова покрылась мурашками, а дыхание сделалось учащенным и неглубоким. Когда двери отворились и выпустили нас из замкнутого пространства, я испытала облегчение.