Тебе принадлежу (СИ)

—Его дело работать башкой, — усмехнулся Гром, — это как-то связано с его интересом к Ларе?

Киваю молча. Больше Гром вопросов не задает. С Авдеевым у нас договор, как только Ларе станет лучше, он приедет в Москву. Я могу его понять, за Катю я любого голыми руками разорву, в порошок сотру, разве могу я лишить подобного удовольствия друга? Почти две недели я гоняю Азариных с одного места в другое, следую за ними тенью. Пусть прочувствую на себе тот ужас, через который прошла Аронова. Пусть каждую ночь боятся закрывать глаза с мыслями о том, что утром могут не проснуться. Я подожду, четыре года я ждал подходящего момента.

Расправиться с подонками – дело чести и жаль, что я не сделал этого раньше. Тот день навсегда отпечатался в моей памяти. Вид Лары привел бы в ужас любого нормального человека, то, что они с ней сделали… Я нашел ее лишь на следующий день после полученного сообщения. Прорваться в дом Азариных было не просто, пришлось обращаться за помощью к отцу, хоть и не любил я это дело, но выхода не было. Готов был глотки перегрызть тварям, что сотворили с ней такое, нашел ее в комнате голую, в крови и практически без сознания. Первой мыслью было отдать приказ и положить всех нахрен прямо там, отец остановил, а я позволил себя остановить. Мне бы не спустили с рук бойню в доме Азариных из-за какой-то девки, пусть даже дочери Аронова. Она была невестой Рустама, этим все было сказано. Она принадлежала ему. Единственное, что я мог сделать для нее — забрать ее из рук этих тварей и сохранить ее наследство, которое в скором времени она отдала мне, я даже не знал ничего, пока не получил на руки документы.

Ее сломали, несколько раз она порывалась уйти из жизни и каждый раз я вытаскивал ее с того света, вставляя мозги на место, в последствии взяв с нее обещание жить ради меня. Больше она попыток не предпринимала. Я ненавидел себя за то, что не растоптал Азариных, не пристрелил каждого из них. Я поступил по нашим законам вместо того, чтобы послать все к Дьяволу и закопать всех в том доме. Второй раз я так не облажаюсь, они подохнут, но сначала побудут в шкуре дичи, скрывающейся от охотников.

— Какого хрена? — очередной рык Громы возвращает меня в реальность. Перевожу непонимающий взгляд на друга, пока тот упорно таращится в телефон. — Полюбуйся, — усмехается и протягивает мне телефон. На экране запись с камер, выходящих за пределы ворот. Несколько черных джипов скопились в ряд прямо перед железными воротами. Демьян! Какого хрена она здесь делает? Двое его прихвостней тем временем что-то возбужденно объясняли охране.

—Пропусти, — дает разрешение Гром и кортеж въезжает на территорию особняка."

"Спустя минуту в помещении появляется Воронцов. Неизменно в компании своих моделек в белых костюмах.