Я куплю тебе новую жизнь

– Ты, бл*дь, собираешься что-то сказать???

– А что ты хочешь? – взревел Егор, заталкивая подальше распотрошенное ею сердце. – Признайся, напридумывала себе? Ты думала, я ничего не замечаю? Думала, что я твой долбаный прекрасный принц? Ни хр*на подобного! Хотела дружбу? Получай свою дружбу! – Это самый жестокий урок в ее жизни, и он это понимал. Собственноручно разрывал ее сердце, страдая внутри от этого едва ли не сильнее нее.

Стася задохнулась от его слов. Ее не смутил тот факт, что он давно разгадал ее чувства. Ее убило то, что он, не раздумывая, бросил ее любовь под ноги и растоптал.

Стены и обстановка кухни завращались вокруг нее. Большим усилием воли удержалась на ногах. Она была уверена, что не сможет пережить эту боль. Ни сегодня, ни завтра. Она просто скончается от этой душевной муки. И сейчас ей даже хотелось этого. Исчезнуть с лица Земли, только бы избавиться от этих страданий.

Наверное, прошла целая вечность, прежде чем она, справившись с рыданиями, смогла говорить.

– Т-ты... самый безжалостный... с-самый чудовищный человек, которого я знаю! – слабо закричала она, сквозь всхлипы переполнявшей ее боли. – Я так тебя ненавижу! Так ненавижу... Ненавижу, слышишь?

Темные глаза Егора неопределенно сверкнули. Он шумно и резко вдохнул, на мгновение отводя взгляд в сторону. Затем медленно выдохнул и вернулся глазами к Стасе.

– Слышу, – издевательская усмешка исказила его напряженное лицо.

Она хотела расцарапать эту бессердечную эмоцию по его лицу. Но не готова была двинуться с места.

– Какая же ты бесчувственная сволочь! – понимала, что уже бесполезно, но не удержала в себе.

Наверное, изначально не было ни единого гребаного шанса на что-то между ними. Но она улавливала проблески его беспокойства, его эмоций и наивно надеялась, что станет для него особенной.

Последнее время он так подолгу задерживал на ней взгляд, и она верила, что что-то меняется внутри него.

Господи, какая же она дура!

– Называй меня, как хочешь. Ты права, меня это нисколько не задевает, – бросил Аравин безразлично.

Он сводил ее с ума. Она думала, что боль уже не может быть такой сильной, но с каждым разом он умудрялся проворачивать раскаленное лезвие внутри ее развороченной грудной клетки.

Все ее тело содрогалось от переполнявших эмоций, но она едва это замечала.

– Не задевает? – криком спросила она. Боже, что она делала? Она продолжала верить в то, что сможет пробиться сквозь толщу льда к его человечности. – Ты только что, словно бешеный зверь, растаскал на куски мое сердце. И тебе все равно??? – взвыла она из последних сил. – Тебе на это плевать? – срывающимся шепотом повторила свой вопрос. – Т-ты разрушаешь меня... и заново лепишь собственное неживое подобие.

Последняя фраза заставила Аравина, будто от удара, резко дернуться.