Тебе меня не сломить

Взяв ее за подбородок и удерживая его, чтобы она не отворачивалась, он впился губами в губы девушки, совершенно не обращая внимания на ее сопротивление.

Целовал долго и увлеченно, в это же время, переместив руку к лифу и проведя ладонью по груди.

Юля чувствовала, как все тело, словно в лихорадке, бьет дрожь. Она не могла пошевелиться, придавленная им к стене, задыхалась от этого затянувшегося поцелуя. Никто не придет, никто не помешает, еще чуть-чуть и… От одной мысли об этом к горлу подступала тошнота.

Прикосновение через плотную ткань не принесло никакого наслаждения и, немного скинув на плечо рукав, Саша опустил руку к бюстгальтеру, проник под тонкую кружевную ткань, обхватил грудь, больно сдавливая сосок.

Похоже, парень на мгновение потерял бдительность, посчитав, что она уже никуда от него не денется. Юля сама не поняла, как ей удалось вывернуться и ударить его в живот.

— Сука, — прохрипел он, выпустив ее. — Я тебе устрою! Пожалеешь об этом! Совершенно не думая о своем внешнем виде, девушка кинулась к двери и, лишь уже выскочив на лестницу, на ходу кое-как поправила платье и пригладила волосы, постоянно оглядываясь и ожидая, что Степнов в любой миг ее догонит.

Лишь добежав до кабинета, она остановилась, прислонилась спиной к стене, с трудом переводя дыхание.

Мимо прошли два опера, те самые, что затевали спор по поводу нее и Степнова.

Увидев ее, парни многозначительно переглянулись.

— Иди за бутылкой, я же говорил, — тихо, со смешком сказал один из них, когда они чуть отошли.

В этот момент в конце коридора появился и Степнов. Он быстро шел в ее сторону, на ходу обменявшись небрежным рукопожатием с операми. Его лицо было искажено злобой, и ей стало по-настоящему страшно. Юля попятилась в кабинет, громко захлопнув дверь, и, едва не снеся на своем пути стул, кинулась к своему столу под удивленными взглядами следователя Феди, дознавательницы и тучной тетки потерпевшей, которая писала заявление. Здесь полно народу. Он не посмеет! Степнов влетел в кабинет, надавив на ручку двери так, что она издала противный скрежет, и направился прямо к Юле. В два счета преодолев расстояние между ними, швырнул ей на стол документы, которые она оставила в архиве, и навис над ней. В его глазах горел злой огонек, а ладони были сжаты в кулаки.

«Ударит!» — совершенно ясно пронеслось в голове. И ему плевать на то, что они здесь не одни. Девушка инстинктивно подалась назад к окну и смотрела на него с нескрываемым ужасом. Однако удара не последовало. С минуту Степнов сканировал ее злым холодным взглядом, после чего усмехнулся и произнес тихо, но твердо: — Все равно это будет. Не хочешь нежно и красиво, значит, будет больно и грубо.

Но будет. Я тебе обещаю.