Таверна "Сытый волк"

— Кстати, о "дорого", — вклинился в мои размышления Барст и ехидно спросил: — Верити, с чего бы такой скупой тётке как ты так тратиться на одежду?

— Я не скупая, а бережливая, — на автомате исправила задиру, после чего призналась: — И за обновки платила не я. Если вкратце, то мне возместили убытки.

После моих слов парень захихикал и наигранно облегченным тоном заявил:

— А, ну раз так, то это больше на тебя похоже. — Что бы тут же проявить своё непомерное любопытство: — Кто и что сделал, чтобы ты с него вытрясла такую… компенсацию? — в конце Барст сделал вид, что вспоминал слово, за что заработал мой осуждающий взгляд.

— Будешь много знать, скоро состаришься, — отрезала я, и раз уж этот негодник напомнил мне, решила направить его любознательность в нужное русло: — Лучше сделай мне одолжение, узнай как можно больше о тех самых ищейках, о которых ты как-то говорил. Но только постарайся сделать это незаметно.

— Без проблем, — бахвально заявил Барст, на что получил моё скупое:

Как ни странно, но происшествие на ярмарке никак не повлияло на её дальнейшее проведение — люди повозмущались, посудачили, да успокоились. Только стражи между рядами стало бродить больше, да неожиданные проверки торговцев начали случаться чаще. Что никак не сказалось на торговле.

Аринку с Барстом тоже регулярно “трясли” на предмет запрещённых товаров и дело тут было не в их криминальных лицах, да в косых взглядах на стражу, а… во вкусе пирожков, которые каждый раз бесплатно перепадали стражам порядка. Оставшиеся два дня торгов приходилось делать выпечку с запасом на такие случаи — я попросила Аринку оставаться вежливой с представителями закона и всегда “угощать” их. Кто будет считать еду взяткой? Правильно, никто. Зато у нас появилась парочка знакомых стражников, что если не на пики поднимут наших врагов, то хотя бы не пройдут мимо, когда понадобится помощь. Теперь я могла не переживать, что на Аринку опять нападёт обделённый женским вниманием оборотень и кроме нас её никто не спасёт.

Несмотря на покрытое шрамами лицо, мужчина не выглядел угрожающе, а в его тёмных усах всегда скрывалась полуулыбка.

— Так говорю же, — не дрогнувшим голосом принялась врать, — ещё как тепло было, удалось небольшую кадку заселить. А после разводила уже их. Как раз хватило зимы, чтобы вон, до каких масштабов наши комнатные грядки увеличить.

Взмахом руки показала на грубо сколоченные поддоны, где почти всю землю под собой скрывали белые шляпки. Айю пришлось вчера весь вечер орошать их слезами, чтобы урожай выглядел как можно более многообещающим.

— Молодец, девка, — похвалил меня вояка, и я постаралась не сильно скрипеть зубами на его обращение. — Я уж было думал, вы в этом году либо вообще пропадёте, либо распрощаетесь с вашей лачугой.