Таверна "Сытый волк"

Я злилась и за “благословенного” оборотня тоже.

Тихо усмехнувшись, Киллиам притянул к себе мою руку, сжал пальцы и, поцеловав их, сказал:

— Нет, мне не обидно. Потому что я понимаю суть. Верити, — тихо начал оборотень неотрывно глядя мне в глаза, — знаешь, далеко не все оборотни, как ты когда-то выразилась, тащат в рот всякую “гадость”. Так поступают только те, кто знает о парности, кто верит в неё и кто хочет найти свою половинку. Уже много лет я в курсе не о простом временном явлении метки, что сравнивают с покровительством, а о её истинном предназначении. Такие как я, чтобы не ошибиться в выборе, по сути, мухлюют, — Киллиам тихо смеётся, пока я незаметно для себя успокаиваюсь. — Не метка принуждает нас что-то чувствовать — она лишь указывает на ту, кто может стать той самой парой. Парой, которой можно доверять, парой, которая будет любить всю жизнь, и парой, что пусть не совсем идеально подходит, но при этом точно станет лучшим спутником в жизни.

— Так мы… правда…, — пробормотала я, чувствуя новые волны стыда за свою избыточную реакцию.

— Да, — с улыбкой в уголках губ отвечает Киллиам, — наши чувства настоящие. Метка их не провоцирует. Это делаем только мы.

Оказывается, чуткая сторона оборотня нравится мне не меньше других. Но вот его молчание, прямо выводит из себя.

— Ты должен мне целую кучу нервов, — буркнула я, ущипнув Киллиама за руку. — Если бы сразу всё рассказал…

— Ты бы испугалась, — закончил он за меня, при этом глядя, как на упрямого ребёнка. — С тобой временами очень сложно.

Наигранная жалоба отозвалась моей неуверенной улыбкой и упрямым:

— Тогда надо было кусать варианты попроще.

— Нет, — качает головой такой же упрямый оборотень, — меня полностью устраивает мой выбор.

Уже и не вспомнить когда у меня было настолько хорошее утро. По идее мне положено быть уставшей, но после медленного пробуждения тело казалось лёгким, отдохнувшим, а на душе впервые за долгое время царил абсолютный покой.

Открыв глаза, отметила, что солнце уже высоко — совсем скоро полдень, а я ещё в кровати и какое же это приятное безобразие. Яркие лучи света стелились по потрепанному коврику, наполняя пустоватую комнату уютом. Его я притащила в первый обустроенный номер, который последние несколько дней служил мне временной спальней. Даже скорее местом, где можно переночевать — кроме просторной кровати (исцеляю свою душу после узкой кушетки, на которой спала до этого) здесь были только полки, выросшие прямо из стен, да сундук с плоской крышкой, где хранилась часть первоочередных вещей. Аскетично, но как временная мера пойдёт.

Продолжая лежать на боку, я, поддавшись непонятному порыву, вытянула руку и хлопнула ею по пустому месту на кровати.