Татуировка

 — Тогда в ней должен тикать часовой механизм. Или она радиоуправляемая? — он не зря занимался на вечерних курсах.

— Все может быть, мальчик. — Шумейкер повернулся к растерянному доктору. — Вы свободны, док. Только запеленайте снова эту выпотрошенную игрушку и верните ее в сумку. Пусть все будет так, как было. И я уверен в вашей сдержанности — о кукле не должен слышать никто.

— Сеньор, так вы считаете, что это не бомба? — спросил еержант, едва доктор прикрыл за собой дверь. — Неужели наркотик?

— Я в этом уверен, мой мальчик. — Сержант начинал ему нравиться все больше. — Так они перевозят героин. Способ простой и надежный. Ты, естественно, тоже нигде ни полслова, но у тебя сейчас будет интересная работа.

Уже через пятнадцать минут началась операция, которую Шумейкер мог назвать звездным часом своей жизни. Пользуясь почти неограниченными полномочиями, данными ему правительством, он вызвал несколько десятков тайных агентов и среди них — четырех миловидных женщин. Эксперты к этому моменту подтвердили, что в контейнере был самый настоящий родной колумбийский героин.

Едва аэропорт снова открылся, на контроль хлынула лавина пассажиров. Но для тех, кто улетал с грудными детьми, был выделен специальный проход. Миловидные контролерши действовали четко и быстро. А еще, ласково улыбаясь, они на мгновение, как бы невзначай, притрагивались ко лбу, щеке или обнаженной руке младенца и всем, кто вызывал подозрение, наклеивали едва заметный, размером с пылинку радиомаячок — последнее и очень дорогое приобретение спецслужб. Агенты-мужчины улетали вместе с этими пассажирами. А центральный компьютер одновременно анализировал имевшуюся о них информацию. Работа длилась несколько суток, и в результате были прослежены пути перемещения героина с помощью наркокурьеров. К операции подключились службы нескольких стран. Отработанные курьеры были арестованы, и большинство их оказалось, к удивлению Шумейкера, выходцами из России и Украины.

— Если русская мафия взялась у нас и за перевозку героина, то, боюсь, мы завязли надолго, — сказал он, отчитываясь перед правительством.

Русские пути подтвердила и откровенная беседа с владельцем фабрики интимных изделий. Под угрозой выдворения из страны он сообщил то немногое, что знал о заказчике: славянин, выдающий себя за чеченца. После кропотливой работы десятка аналитиков выяснилось, что заказчик навещал Колумбию и прежде, но в последнее время его визиты участились. В определенных кругах он был известен под несколькими именами, чаще всего упоминались «Чеченец» и «Иван Иванович». Российские маршруты Чеченца-Ивана Ивановича сходились в одном и том же городе.