Татуировка

Ей сколько лет-то?

— Кому? — переспросил Петр, хотя ему очень не хотелось продолжать этот разговор.

— «Кому-кому»! Сому! Мамочке твоей?

— Самый возраст! Люблю сорокалетних трахать! Это они с криком «ура» делают! — Данила даже прнчмокнул. — Ты сам-то много телок перетрахал?

— У меня есть девушка, — угрюмо проговорил Петр. Идти вместе с этим звероватым человеком ему расхотелось, но он не знал, как от него отвязаться.

— Ну и как? — заинтересованно спросил Данила.

— Что — как? — переспросил Петр еще более угрюмо.

— Позиций много попробовали? Или только оральный?

— Да пошел ты! — Петр даже остановился.

— Чего ты?! — удивился Данила. — Ну спросил. Спроси меня про меня, я тебе все скажу. Дай руку. — И он схватил Петю за руку. — Во, потрогай тут — видал? Торчит. Все время стоит, как колонна на Дворцовой площади. Я тебе спину мылил, а сам думаю: засажу-ка я пареньку сейчас, хоть порадуем друг дружку. Жопка у тебя такая аппетитная. Тебе этот художник, который тату делал, что — разве не сказал?

— С какой стати? — Петру даже показалось, что у него уши покраснели от всех этих дурацких разговоров.

— Так они же всех, кого рисуют, трахают, художники эти.

— Не знаю, меня не трахали.

— Ладно, ладно, меня — тоже не трахали. А я перетрахал — много! — Данила мечтательно прикрыл глаза. — Недавно лейтенантик один попался, пришел к нам в бассейн — такой нежный… Слышишь, я у тебя программу спишу, пойдем к нам в бассейн!

— Нет, у меня дела, — ответил Петр, радуясь, что они подошли к дому и разговор скоро закончится.

— Да, сорокалетние — это класс. А вот лолиток я не люблю, лолитки, хуже них только дырка в замке.

Как раз на этой фразе Петр стал открывать дверь. Их встретила мама, и Петр, перехватив взгляд Данилы, которым тот стал ее разглядывать, неожиданно почувствовал ярость. «Скажет еще гадость — врежу по морде!» — подумал он. Хотя Данила, похоже, — был не только выше его, но и намного сильнее.

«Нью-ворд» занимал двенадцать дискет. Хорошо, Петр недавно купил новую коробку. Да и время на запись тоже ушло немалое.

— А мыльница у тебя есть? — неожиданно спросил Данила, когда работа подходила к концу.

— Какая мыльница? Тебе руки помыть?

— Да нет, я про фотоаппарат спросил, — засмеялся Данила, — а ты подумал про ту, в которой мыло? Мылом хорошо член намазывать, когда сухостой. Но еще лучше вазелином. У меня в десятом классе прозвище было — Даня-Вазелин. Так есть фотоаппарат?

— «Зачем-зачем»! Затем! Есть, спрашиваю?

— Неси. И кадров пять пленки. Много не надо. Хочу одну фотку сделать. Раз в бассейн со мной не идешь, тут ее сделаю.

— Доставай аппарат, увидишь.

Чтобы скорей отвязаться, Петр решил исполнить и эту просьбу. Последней аппарат брала мама, и он лежал где-то у нее.