Татуировка

— Я запрещаю всем детям приносить с собой краски, карандаши и такие мелки! — торжественно закончила она, потрясая кусочками мела. — Так и скажите своим мамам и папам. — А вы… — Она повернулась к Антону с Кириллом: — Чтобы я вообще не видела вас рисующими! Поняли? Это я вас так наказываю. Вы больше никогда не будете у меня рисовать. Ни на бумаге, ни на стенах.

Самым младшим детям было здесь по три года, старшим — шесть-семь, все они смиренно стояли, взявшись за руки. И хотя мало что поняли, одно дошло: эти двое сделали что-то плохое, из-за чего всем нельзя теперь рисовать.

Однако утром Антон, как ни в чем не бывало, принес два красных карандаша и чью-то исписанную школьную тетрадку Они были вдвоем одни в игровой комнате и немедленно пристроились рисовать. Тут-то их и настигла заведующая. Она уносила изрисованную тонкую тетрадку к себе, а Антон бежал за нею с отчаянным плачем по коридору и повторял:

— Я хочу рисовать! Хочу рисовать!

Заведующая не учла еще одной возможности — на прогулке в садике дети бегали по земле, а кругом валялись палки. Поэтому Антон с Кириллом стали ожидать прогулку как самого счастливого часа в жизни. Они заранее обсудили те картины, которые примутся изображать, едва их выведут на свежий воздух. И, одевшись быстрее всех, они первыми выбежали в садик, который был под окнами детского сада, отхватили себе территорию — участок в углу, а там, схватив палки, немедленно принялись вычерчивать на утоптанной дорожке все, о чем мечтали с утра.

Но вездесущая заведующая и тут их застигла. Видимо, ей сильно досталось от комиссии за стены, плохо отмытые от их художеств. В окно своего кабинета она увидела, что они снова нарушают запрет, разъяренная выбежала в садик, больно схватила их обоих за руки и утащила с прогулки. Она поставила их в своем кабинете в разных углах носом к стене, но потом отправила Антона в темный чулан со швабрами и ведрами, потому что он все время отчаянно плакал, продолжая выкрикивать: «Я хочу рисовать!»

Им повезло. Заведующая на другой день вроде бы заболела, а воспитательница махнула на них рукой: рисуйте пока себе на здоровье, только другим не мешайте. Тут купили новый альбом, и они за два утра изрисовали его весь. Кирилл продолжал рисовать стреляющие танки и самолеты, а Антон вписывал в пространство между ними огрызающихся хищников и маленьких человечков. Получались, по-видимому, очень впечатляющие картины.

На третье утро их совместное художественное творчество было снова пресечено заведующей. Она появилась на работе неожиданно рано и, застигнув их на месте преступления, опять расставила по углам.