Тарзан. Том 1

Мальчик заметил, что солдаты и белые все время оглядывались назад, словно боясь какой-то опасности. Он приостановился, а затем медленно пошел за ними следом, и в груди его клокотало негодование при виде жестокого зрелища расправы с рабами. Акут шел рядом с ним. Зверю это не казалось столь ужасным, как мальчику, но и ему внушало отвращение бесцельное избиение беззащитных рабов. Он взглянул на мальчика. Почему же его друг, встретив наконец зверей одной с ним породы, не побежит к ним навстречу?

— Они — враги, — пробормотал мальчик. — Я не могу идти с ними, я убил бы их за такое обращение с людьми; но, — продолжал он, подумав, — я могу спросить у них, как пройти в ближайший порт, и тогда, Акут, мы пойдем туда сами.

Обезьяна ничего не отвечала, и мальчик побежал к каравану. Он не успел пробежать и ста ярдов, когда один из белых его заметил. С тревожным криком он схватил карабин и выстрелил в мальчика. Пуля ударила в землю как раз перед Джеком и осыпала ему ноги сухими листьями. В ту же минуту и второй белый, и черные солдаты принялись лихорадочно обстреливать Джека.

Мальчик мгновенно укрылся за деревом. Очевидно, паническое бегство по джунглям расстроило нервы Карлу Иенсену и Свэну Мальбину: весь отряд был во власти непрерывных страхов. В каждом звуке им мерещилась погоня; им казалось, что вот-вот их настигнет свирепый шейх со своей кровожадной свитой. При таком нервном напряжении не мудрено, что Мальбин, увидев молчаливо бегущего за караваном белого воина, открыл по нему стрельбу. Остальные, не раздумывая, последовали его примеру."

"Когда первое возбуждение улеглось, оказалось, что один только Мальбин давал себе ясный ответ в том, зачем он стрелял. Многие негры утверждали, что они тоже видели врага, но их показания были столь сбивчивы и разноречивы, что Иенсен, который попросту никого не видел, слушал их с недоверчивой улыбкой. Один солдат говорил, что он видел трех странных арабов с длинными черными бородами. Другому воспаленное воображение рисовало чудовище одиннадцати футов в вышину, с человечьим телом и головой слона.

Разведчики, посланные немедленно на розыски, не нашли никого. Акут и мальчик после первых залпов поспешили бежать в глубь джунглей.

Мальчик был опечален. Он еще не успел забыть огорчения, которое ему причинила жестокая встреча, оказанная чернокожими, а теперь белые люди встретили его еще враждебнее.

— Звери, которые слабее меня, в ужасе бегут от меня, — бормотал он вполголоса, — а звери, которые сильнее меня, стремятся разорвать меня на части. Черные люди хотели убить меня копьями и стрелами. Белые люди, люди моей породы, прогнали меня ружейными выстрелами. Неужели все существа в мире — мои враги? Неужели Акут — единственный друг сына Тарзана?

Старая обезьяна подошла к мальчику.