Тарзан. Том 1

— Я знала этого мужчину, — возразила она, — единственного, пожалуй, мужчину, какого я когда-либо встречала.

В голосе ее было что-то, заставившее русского предположить в ней более нежные чувства к его врагу, чем обыкновенная дружба, и он захотел продлить свою месть, очернив человека, которого он считал мертвым, в глазах девушки."

"— Хуже, чем свинья, — крикнул он. — Трус и негодяй! Чтобы избежать справедливого гнева мужа женщины, которую он оскорбил, он всю вину свалил на нее, а когда это ему не удалось, убежал из Франции, чтобы не встретиться с мужем на поле чести. Вот почему он был на судне, на котором мисс Стронг и я плыли в Канштадт. Я знаю, что я говорю, потому что эта женщина — моя сестра. И знаю я еще кое-что, чего никому не говорил: ваш храбрый мсье Тарзан прыгнул за борт в паническом страхе, потому что я узнал его и настаивал, чтобы он дал мне удовлетворение на следующее утро — на ножах, в моей каюте.

Джэн Портер расхохоталась:

— Неужели вы воображаете, хотя бы на минуту, что тот, кто знал мсье Тарзана и знает вас, может поверить такой неправдоподобной истории?

— Так почему же он путешествовал под чужим именем? — спросил Тюран.

— Я не верю вам, — крикнула она, но тем не менее семена подозрения были посеяны, потому что, в самом деле, и Газель Стронг знала ее лесного бога только под именем Джона Кальдуэлла из Лондона.

Всего в каких-нибудь пяти милях к северу от их примитивного убежища, но фактически отделенная от них как бы тысячами миль непроходимых джунглей, потому что они об этом не подозревали, стояла маленькая хижина Тарзана от обезьян. А еще дальше по берегу, в нескольких милях от хижины, в грубых, но хорошо сколоченных домиках жило восемнадцать человек — пассажиры трех лодок «Леди Алисы», от которых отбилась лодка Клейтона.

Море было тихое, и они в три дня добрались до берега, не испытав никаких ужасов, какие обыкновенно выпадают на долю потерпевших крушение. Потрясение от пережитой катастрофы и непривычные лишения, конечно, подействовали на них, но в общем опыт был полезным.

Всех поддерживала надежда, что четвертую лодку подобрали и что уже обыскиваются берега. А так как все оружие и патроны были сложены в лодку лорда Теннингтона, то маленькая компания была гарантирована на случай нападения и могла пополнять свои запасы пищи охотой даже на крупную дичь.

Ближайшей их заботой был в это время профессор Архимед К. Портер. Вполне уверенный в том, что дочь его подобрана каким-нибудь мимо проходившим пароходом, он ничуть не беспокоился о ее благополучии и всецело отдался размышлениям над теми туманными научными проблемами, которые он считал единственно возможной духовной пищей для человека его эрудиции. Внешние условия для него совершенно не существовали.