Тарзан. Том 1

Пока он смотрел на них, раздумывая, Жернуа поднял глаза и уловил внимательное выражение на лице Тарзана. В это время иностранец что-то говорил шепотом, но Жернуа перебил его, и они оба разом повернули и скрылись из виду.

То был первый подозрительный факт, связанный с Жернуа, замеченный Тарзаном. Но было совершенно ясно, что оба человека вышли из бара только потому, что Жернуа заметил взгляд Тарзана. А тут еще это неотвязчивое впечатление чего-то знакомого — оно только увеличивало уверенность Тарзана в том, что тут будет над чем понаблюдать.

Через минуту Тарзан вошел в бар, но ни там, ни на улицах не было и следов двух человек, а между тем Тарзан, прежде чем пуститься догонять отряд, уже значительно ушедший вперед, побывал во всевозможных магазинах и на базарах. Он догнал отряд только у Сиди-Аиссы вскоре после полудня, когда солдаты остановились на час на привал. Он нашел Жернуа при отряде, но иностранца не было видно.

В Сиди-Аиссе был торговый день. Многочисленные караваны верблюдов, стягивающихся из пустыни, толпы шумных арабов на рыночных площадях, — все это вызывало в Тарзане страстное желание задержаться здесь на один день, чтобы ближе присмотреться к этим сынам пустыни. И отряд спаги ушел в этот день в направлении на Бу-Саад без него.

До темноты он бродил по базарам в сопровождении юного араба, по имени Абдул, рекомендованного ему содержателем постоялого двора в качестве надежного слуги и переводчика.

Здесь Тарзан купил лошадь лучше той, которую приобрел в Буире, и, разговорившись со стройным арабом, продававшим ее, узнал, что он Кадур бен Саден, шейх племени, кочующего в пустыне далеко к югу от Джельфы. Через посредство Абдула Тарзан пригласил шейха отобедать с собой. Когда они втроем пробирались в толпе торговцев, верблюдов, мулов и лошадей, заполняющих рынок и оглашающих его всевозможными звуками и голосами, Абдул потянул Тарзана за рукав:

— Оглянись, господин, — и он пальцем указал на фигуру, которая скрылась за каким-то верблюдом как только Тарзан обернулся. — Он ходил за нами следом все время после обеда, — пояснил Абдул.

— Я успел только заметить араба в темно-синем бурнусе и белом тюрбане, — отвечал с сомнением Тарзан. — Ты его имеешь в виду?

— Да, я подозреваю его, потому что он здесь, очевидно, чужой, и у него нет никакого другого дела, как только следить за нами, чем никогда не занимаются честные арабы; и потом — он закрывает всю нижнюю часть лица, видны одни только глаза. Он, наверное, дурной человек, иначе он знал бы чем заняться.

— Ну, значит, он попал на неверный след, Абдул, — успокоил его Тарзан, — потому что здесь нет никого, кто мог бы желать мне зла. Я в первый раз в вашей стране, и никто здесь не знает меня. Он скоро убедится в своей ошибке и перестанет сопровождать нас.