Таргитай

С тоской посмотрел на чёрную бездну за сияющим куполом, словно хочет туда прыгнуть и покончить со своим бременем.

– Да, Род заточил не всех. Только тех, кто сражался против людей. А остальные… ушли в горы. Святогор тоже отсиделся. Не стал биться… Он из самых первых… его сила и его братьев… помогла бы нам победить! Он раздавил бы людей, как букашек! Но теперь он просто доживает век в одиночестве.

Таргитай усиленно двигал бровями, морщил лоб, будто что-то обдумывал. Наконец, поднял взгляд на исполина.

– Ты и Промет – пошли против богов! И теперь наказаны… – сказал он сам себе, будто понял нечто важное. – Числобог меня об этом предупреждал…

Атлант не ответил. Взгляд отсутствующий, мыслями далеко отсюда.

– Есть и другие… – буркнул он. – Сизиф, Тантал… хоть эти двое и люди… Но боги всех сокрушили! Обрекли на вечные муки. Я хотя бы держу на плечах небо. А Сизиф? Он же катит дурацкий камень на гору, и всё зря, всё зря…

– Нет хуже наказания, чем изнурительный труд, – с готовностью кивнул Таргитай. – Труд – вообще наказание… Другое дело – полежать на солнышке!

Велет смерил его взглядом, осуждающе покачал головой, тряся нечёсаными волосами. Таргитаю показалось, что с них посыпались снежинки. Он запоздало понял, что это перхоть, и только теперь, пошевелив носом, учуял, что от Атланта вообще-то несёт, как от стада козлов. На всякий случай отошёл в сторону, но подул ветер, и тяжёлый запах достал и здесь.

– Труд может быть в сладость! – проворчал великан. – Ужасно другое – когда у тебя есть надежда. В самый последний момент она рассыпается в прах. Сизиф надеется, что рано или поздно вкатит камень на гору. Тантал – что сумеет дотянуться до яблок и утолить голод, что грызет его внутренности. Надежда – самая страшная пытка. Но она же и не дает опустить руки. Боги – изощрённые изверги… Надежда – их последний дар людям. Но на самом деле – проклятие.

Помолчав, Атлант вдруг сказал:

– Вот и с тобой мне боги прислали надежду.

Он прищурился, кожа вокруг глаз собралась лучиками морщин. Губы тронула улыбка, которая тут же утонула в бороде.

– Как тебя звать? – вопросил он.

– Таргитай, – с готовностью представился невр.

Он вдруг почувствовал, что в мочевом пузыре скопилась тяжесть, на которую прежде не обращал внимания. Поведя взглядом вокруг, но потом снова посмотрев на исполина, он решил, что лучше пока потерпеть. Да и ветер всё время меняется, дует то с одной, то с другой стороны.

– Доброе имя, – произнёс велет. Он задумчиво закатил глаза, словно пытаясь понять, нет ли в нём скрытого волшебства. – Сами боги прислали тебя ко мне.

– Ну да, – кивнул Таргитай, – Числобог. Это он… прислал. Сначала отправил к Промету, потом к тебе.

Атлант покачал головой, в глазах недоумение.

– Не слышал о таком. Наверное, из новых.