Таргитай-2. Освобождение

– Старое, – сказал Яфет со злорадной улыбкой. – Я нашел этот кувшин в развалинах Вавилона, недалеко от недостроенной Башни. Там, где когда-то был центр всего мира. Где жили умнейшие ученые мужи, хитрые купцы, сильные и отважные воины, самые красивые женщины. Рабов туда свозили со всего мира, текли рекой товары, шелка, золото и серебро. – Он говорил с щемящей сердце горечью, ностальгией. – Там я встретил ту, которую потом отнял у меня Он, заявляя, что это – ради моего же блага…

Он заметил, что Торван побледнел, закрыл глаза, схватился за голову.

– Башня была не достроена, – продолжил он, как ни в чем не бывало. – Я бежал в Гиперборею и потерял все! ВСЕ! Но главное – потерял Златокору!

– Что со мной? – вопросил Торван тихим слабым голосом, чувствуя, как голова кружится все сильнее, а мир вокруг застилает туман.

– Я видел этих проклятых невров! – продолжал говорить Яфет, не слушая. – Я отбил у нечисти волшебный цветок папоротника и стал его повелителем! Я стал бессмертным, Торван, и теперь брожу по земле одинокий и неприкаянный, все еще лелея планы о мщении! Но как же я ненавижу Незримого, и всех богов, которые, похоже, носят в себе тут Его частицу.

Он посмотрел на Торвана. Парень качнулся и рухнул на траву возле костра.

– Ты – сын двух богов. Да будь ты проклят! Да будут прокляты все боги и их потомство! – крикнул Яфет уже громче, обращаясь даже не к лежащему на земле парню, а к черному, усеянному звездами небу.

В ответ далеко в вышине словно прозвучал тихий, едва слышный гул, похожий на отдаленный раскат грома, словно небо приняло в который раз брошенный вызов.

Яфет посмотрел на лежащего без чувств Торвана, сплюнул.

– Все боги заслуживают смерти! Без исключения! Люди должны жить сами по себе, своим умом и никому не кланяться! Быть свободными!

Взяв Торвана за ноги, Яфет потащил парня ко входу в пещеру неподалеку. Бросив тело внутри, гигант завалил выход огромным камнем, точно вход в гробницу. Затем вернулся к костру, в задумчивости выпил еще вина, коснулся источающего слабый свет амулета на груди. Яфет стиснул его в кулаке, неземной белизны сияние усилилось, ярко брызнуло меж сжимающих Светоч пальцев. Губы едва слышно прошептали:

– Златокора!…Как тебя не хватает!…

На глаза навернулись слезы, бывший тцар Вавилона быстро их смахнул.

Вскочив на коня, поправил на поясе меч и ускакал прочь. Стук копыт глухим эхом разносился в темноте. Доехав до реки, что шумным потоком несется вниз по горе, образуя водопад, беловолосый гигант замер, уставившись в бурлящую водную бездну. Он словно раздумывал, не броситься ли туда, чтобы разом покончить с душевными терзаниями и несправедливостью этого мира, а заодно и Бога, которого ненавидит всеми фибрами души.