Танцы на стёклах

— Попробуй доказать обратное, Саадат, — с вывозом говорит она, направляясь к двери. Наступая на ожерелье, она небрежно отбрасывает его ногой. — Для следующей сучки. Экономь деньги, Адам.

— Если то, что ты сказала окажется правдой, ты пожалеешь, Мэл. Я клянусь тебе, ты пожалеешь.

— Снова клятвы, Адам?

Оборачиваясь, она смотрит на меня долгим взглядом. Мне кажется я вижу, как искры боли мелькают в глубине ее глаз.

— Прибереги их для жены. Будь счастлив. Мне жаль, что мы когда-то встретились, — чуть ли не с улыбкой, Лана выходит за дверь.

Я не останавливаю ее по одной причине. Мне нужно знать, сказала ли она мне правду. Точнее, правильно ли я понял ее намек про Девиса.

Я звоню первому источнику информации, но она не отвечает, и тогда я набираю номер Калигана.

— Мэтт, у меня к тебе личная просьба, — стараясь придать голосу спокойное выражение произношу я.

— Я весь внимание, Джэд. Для тебя, что угодно, — тут же соглашается Калиган.

— Ты можешь спросить у своей подружки, не говоря о том, что нужно мне, где этой ночью ночевала ее соседка по квартире.

— Приятель, это просто, — бодро отвечает Мэтт. — И Саманту дергать не надо. Мелания ночевала у Эйприл. Знаю точно, потому что я спал сегодня в квартире Сэм.

Я закрываю глаза на долю секунды, чтобы сдержать рвущегося на волю зверя внутри меня. Перед глазами все темнеет, потом расплывается алой пеленой. Я стискиваю челюсти, клацнув зубами.

— Скажи мне, Мэтт. Кто просил тебя распускать свой поганый язык? — с ледяной интонацией спрашиваю я. Калиган на другом конце теряется.

— Ты о чем? — спрашивает он напряженным тоном.

— Какого х*я ты растрепал своей сучке про Ранию? Это, б**ь, твоя е*аная невеста или моя? — яростно ору я на друга, сжимая телефон до ломоты в костяшках. Если бы мог, то раздавил бы его на хрен.

— Эй, Джаред, угомонись. Я же не знал, что это такая вселенская тайна. Я должен был как-то объяснить Сэм, куда уезжаю на несколько дней и почему не беру ее с собой. Если это так важно, то почему ты не предупредил?

— Просто иногда нужно включать голову, а не думать исключительно своим «малышом», придурок, — рявкаю я, и сбрасываю вызов.

Опираюсь ладонями на стол, пытаясь дышать, но не выходит… Ни хрена не выходит. Меня колотит от ярости.

Даже Нора била слабее, не доставая до сердца. Ни словами, ни палками.

— Сука, — рычу я, швыряя в дверь декоративную вазу, осколки осыпаются на пол, сдергиваю с шеи галстук и кидаю его вдогонку, пинаю долбаное ожерелье. В дверь вбегает Беатрис, глядя на меня и кавардак в кабинете ошарашенными глазами.

— Вышла на хер, вон отсюда! — ору я на нее бешенным голосом. Она вздрагивает, прижимаясь спиной к двери.

— Адам, успокойся, что… что случилось? — дрожащим голосом спрашивает Беатрис. Я окидываю ее взглядом, полным ледяного презрения.