Танцы на стёклах

— Ты смешная, тебе совсем нельзя пить, — в шутливой форме отчитываю я, когда, споткнувшись, Мэл удерживается на ногах, только благодаря мне. Она искренне улыбается, подтягивается на носочках и целует меня в губы. Быстро, не дав мне углубить поцелуй. Отрывается и бежит по палубе к носовой части яхты.

— Стой, опять свалишься, ненормальная! — рассержено кричу я, направляясь вслед за ней. Не бегом, конечно.

Сумасшедшая забирается на самый верх, хватается за ограждение, откидывая голову назад.

— Так здорово, Джаред! — кричит она.

— Нет. Иди ко мне. Не будь занудой, — она оборачивается, но ветер бросает волосы ей в лицо…

— Малышка, тебе нужно полежать. Тебя понесло на подвиги.

— Нет. Хочу здесь. Я пьяная… — Мэл смеется. — И глупая. И смелая…

Вздыхаю, понимая, что уговаривать ее бесполезно, и поднимаюсь к ней. Она оборачивается, чтобы посмотреть на меня. Не получается больше строить из себя романтичного придурка. Отстранённо улыбаюсь, глядя на острые соски под белым, развевающимся на ветру, платьем.

— Давай, как Роуз и Джек? — подначивает меня Мэл, поворачивая лицо к ветру, и раскидывая в стороны руки. — Ну же, Джаред. Полетели.

— Кто такие? Роуз и кто там… — хмурюсь я, опираясь ладонями на ограждение, по обе стороны от Мелании.

— Ты не смотрел «Титаник»? — разочарованно спрашивает она, снова оглядываясь на меня, и от досады прикусывает губы. Мы стоим на носу яхты, в самой узкой части, ощущение полета, и правда, присутствует. Но я бы предпочел никому не подражать, и точно не стал бы махать руками, как полный идиот.

— Нет. Но мы можем устроить свое кино, — ухмыляюсь я, глядя, как ветер кидает светлые пряди в лицо Мэл. И мне тоже, потому что я стою за ее спиной. Я вижу, как она разочарованно вздыхает, отворачиваясь и глядя за горизонт.

Меня не смущает, что здесь нас прекрасно видит капитан яхты. Он и не такого тут насмотрелся. Я закрою ее своей спиной, но вот Мэл вряд ли придется по вкусу то, что я задумал. Хотя почему бы нет…

Я уже трахал ее, и знаю, что она позволит мне снова поиметь ее горячую малышку.

— Господи, Джаред… — вырывается у нее, когда я прижимаюсь эрекцией к ее заднице, ладонями обхватываю упругие груди, лаская большими пальцами чувствительные соски. — Ты неугомонный, — шепчет Мэл, когда я толкаюсь бедрами вперед, давая ей почувствовать всю силу моего желания продолжить наши игры. Не могу остановиться, когда она рядом. Теперь я знаю, как жарко она стонет, когда я беру ее, словно оголодавший дикарь.

Это то, чего я и хотел… Трахнуть и выкинуть. Поиметь по полной, чтобы у ног расплывалась лужицей и вычеркнуть из жизни, словно не было никогда ни Парижа, ни ее улыбки — той самой, когда она смотрит на меня немного смущенным, задумчивым взглядом.