Танцующая с грозой (СИ)

И вдруг неожиданная атака, якобы, что бы выбить угрожающих безопасности лагеря укрепившихся нагов. В какой-то момент, Маркуса с Дрейком оттеснили друг от друга. Атака явно захлебывалась. Наги не дрогнули, более того упёрлись, быстро сгруппировались, а с подоспевшими магами начали контратаковать.

Но даже при этом, все сразу почувствовали, что что-то изменилось. А когда, пытавшийся пробить оборону нагов, отряд просто разметало ударами молний, все поняли ЧТО! На позиции прибыла сама Лангран.

А потом Лидон увидел знакомого ему монстра, и все что он мог, это начать орать, чтобы отводили назад молодняк. Он увидел Дрейка, прикрывающего отход вчерашних оруженосцев. И только потом, уже отступая, сам увидел знакомые латы с отличительной окантовкой. Его лучший и единственный друг, и брат был мёртв.

А ещё он видел, как солнце в небе, рану от кинжала под лопаткой. Сочленение доспехов было повреждено, а вытекшая кровь выделяла место удара. И он был в состоянии отличить удар глефой нагов и орденский короткий кинжал. Маркуса оттащил от тела кто-то из ветеранов.

А после, в лагере, когда магистр с презрением отверг предложение нагов позаботиться о павших воинах ордена и приказал убить воина, якобы пошедшего на сговор с врагами, все сомнения превратились в уверенность, что погиб его друг не из-за боя. А именно из-за тех, вопросов, которые он задавал.

Единственное чего он теперь хотел, это хоть на мгновение увидеть друга и попросить прощения, что сомневался, отмахивался и, в результате, не уберег. Решение пришло само собой, когда Лангран сама позаботилась о павших.

Едва дождавшись сумерек, он удалился подольше от границ лагеря, и попытался провести один из ритуалов, о котором когда-то читал. "Последнее прощание".

Сначала все шло вроде хорошо. И, как ему показалось, все получалось. Осознал он себя, перед костром, на полях Морины, где ещё можно встретить не ушедшие за перевал души. Он старался вспомнить, как ему теперь найти друга, когда его раздумья прервал ехидный женский голос.

— Так, так, так… И кто же у нас тут балуется магией крови?

Необыкновенно красивая брюнетка в вороненых доспехах с золотой окантовкой и диадемой, прикрывающей лоб, стояла, сложив руки на груди, и насмешливо рассматривая нарисованную самоучкой печать призыва кровника.

— А можно, я это все быстренько зарисую? Детям буду показывать, как НЕ НАДО делать, если конечно жить, ещё не надоело.

— Нет, ну, что за извращённый способ самоубийства? — Продолжала рассуждать вслух, видимо, пришедшая на зов заключённых в пентаграмму рун, девушка в облегченных доспехах.

Значит, в бою она надеялась не на силу, а на скорость и гибкость. Или свой дар! Кто она? Эльфийка, оборотница, кто-то из свободных магичек? Маркус судорожно пытался опознать мертвую красавицу.