Танцовщица в луче смерти

Вместо последнего слова повернулась к вдове Коврова.

– Если бы меня приговорили сейчас к смерти, я сочла бы это справедливым, поверьте мне. За отобранную жизнь нужно платить своей жизнью.

– Ох, – пробормотала Елена Васильевна. – Еще казни нам не хватало. Я согласна с мнением адвоката. Так могла поступить только женщина, доведенная до крайности. Поскольку и психологи дали такое заключение, я за условное наказание.

– Мам, ты чего? – зашипела Варвара.

– Спокойно. Люди смотрят. Камеры работают, – прошептала Елена Васильевна, не разжимая губ. – Нам сейчас нужно лицо не потерять. Ты ж видишь, ее все равно тащат.

Виктории дали три года лишения свободы в колонии-поселении с отсрочкой наказания – год.

– Что значит сия закавыка? – спросил шепотом у Андрея Сергей.

– За год многое может измениться. И, скорее всего, именно это и произойдет.

Во время суда Артем, Юля и Алла сидели то во дворе, то в коридоре. Они решили, что не смогут это вынести. Первым из зала вышел Сергей с серьезным лицом, посмотрел на них и подмигнул всем сразу. Получилось, – поняли они. Потом провели Викторию, она взглянула на всех растерянно, устало, явно еще не понимая, что к чему.

Зато адвокат как в воду глядел. Через несколько месяцев Виктория стала его женой, потом возникло особое обстоятельство в виде беременности. Состоялся короткий пересмотр дела, срок заменили условным.

...Однажды Юля по дороге на работу увидела у проезжей части Викторию, которая пыталась поймать машину. Очень скромно одетая, с немаленьким уже животиком, ненакрашенная, русые волосы прямо пострижены чуть выше плеч, над глазами челка «каре», – она выделялась среди всех остальных людей словно «инопланетянка», как называл ее Артем.

Юля остановила машину рядом с ней, открыла дверцу и сказала:

– Таксо подано, шеф.

– Юля, – обрадовалась Виктория. – Подвезешь, что ли?

– Ну, если быстро сядешь, если тебе не за город, то подвезу.

Виктория очень осторожно, бережно устроила себя и свой животик на переднем сиденье и улыбнулась Юле.

– Надо же, как повезло. Стою двадцать пять минут, хоть бы одна сволочь остановилась. Видно, боятся, что я в машине рожу.

– А куда это ты вообще собралась одна? Своим ходом?

– Да понимаешь, в нашей консультации, где я на учете, такие специалисты... Только ходят по коридору и удивляются. Кому: «Как, вы еще не беременная?» Кому: «Ой, вы еще беременная?» И пошло – ля-ля, тополя. Мне посоветовали хорошего врача, хорошую клинику, я туда иногда езжу. Проверяюсь, мы вдвоем гимнастику делаем, сейчас на УЗИ еду.

– А муж почему не отвез?

– У него процесс тяжелый в Мособлсуде. Рано утром уезжает, ночью возвращается.

– И что... Больше никак? Ты из-за беременности машину не водишь?

– Да нечего водить. Одна она у нас. Мы, Юль, теперь люди средней бедности.