Танкист-штрафник (с иллюстрациями)

Вскарабкавшись наверх, увеличили скорость и пошли на орудийные позиции. Нам противостояли несколько батарей старых короткоствольных орудий калибра 75 миллиметров. Они прикрывали гаубичные дивизионы от возможных атак советских танков. Хотя стволы длиной 80 сантиметров выглядели как обрубки, кумулятивные снаряды поражали наши машины одну за другой.

И все же мы прорвались. «Тридцатьчетверки», юркие, быстрые на ходу, ныряли в низины, круто уходили по склонам и вели непрерывный огонь. Решительности и храбрости с обеих сторон хватало. Но танкисты сорок четвертого года уже набрались достаточно опыта и уходили из-под прицела малоподвижных, хоть и скорострельных пушек. Когда вышли напрямую, я увидел, как дернулась и встала от удара «тридцатьчетверка» Лени Кибалки.

Ему надо помочь! Это же мой друг. Может быть, я и кричал это, но приказ механику останавливаться не давал. Я погубил бы экипаж, а следом за мной могли замедлить ход остальные танки моей роты. Артиллеристы спешно разворачивали ближайшее орудие. У этих кайзеровских трехдюймовок угол горизонтального обстрела всего шесть градусов. Зато расчет легко разворачивает пушку за считаные секунды.

Не успеете, уроды! Мы выстрелили первыми. Взрыв встряхнул орудие, отбросил кого-то из расчета. Мы налетели, с маху подмяв колесо и край щита, размолачивая гусеницами станину и двоих венгров, не успевших отскочить. Еще один, бегущий по аппарели, попал под пулеметную очередь. Мы догнали его, под гусеницами мягко хрустнуло. Танк вылетел из окопа."

"Машина Соболя давила соседнее орудие. Крутнувшись, снова пошла вперед, а радист Жора вызывал танк младшего лейтенанта Кибалки. Молчание. Останавливаться нельзя. Неподалеку горела «тридцатьчетверка». Трое танкистов катались по земле, извивались, срывали с себя горящую одежду. Наверное, они кричали, но рев двигателей, выстрелы и взрывы заглушали крики.

Бросив орудие, кучкой бежал мадьярский расчет. В него стреляли мы и пулеметы Соболя. Шесть или семь человек упали, один за другим, а машина взводного лейтенанта Соболя замедлила ход. Подбили? Из люков полетели дымовые шашки, а их 85-миллиметровая пушка вела огонь в сторону гаубичных позиций. Мы зашли им в тыл, и развернуть свои тяжелые пушки расчеты не успевали. Стреляли с десяток танков, самоходка ИСУ-122, мотоциклисты из ручных пулеметов.

В нашу сторону огрызались отдельные стволы, но это была агония. Тяжелые пушки опрокидывались от попаданий фугасных снарядов. Одна из шестидюймовых гаубиц попала под разрыв тяжелого снаряда самоходки. В столбе известняка и дыма кувыркался массивный ствол, отлетали прочь накатники, клочья кожуха.

Пехота одолела подъем. Цепи солдат с ревом бежали вперед. Из узких нор выскакивали с поднятыми руками минометчики.