Таня Гроттер и Локон Афродиты

Это было существо туманного пола и зыбких очертаний, придавленное непомерной административной работой.

Айзек был занят. Он распекал Кэрилин Курло за то, что она зыркнула куда не надо и отправила в нокаут капитана Глинта, который неудачно вякнул про ее прическу. Кэрилин стояла перед взбешенным тренером, притворялась, что ей совестно, и кусала губы, сдерживая смех. Вокруг пылали скамьи, спекался песок и рушились гостевые трибуны. Айзек отмахнулся было от немочи, но она была настойчива и прыгала вокруг, что-то бормоча. И Шмыглинг наконец услышал.

Таня, наблюдавшая за всем этим сверху, с удивлением обнаружила, что тренер всплеснул руками, закружился на месте, а затем кинулся душить бледную немочь. Нежить, ожидавшая, видно, такого поворота, с готовностью высунула язык и симулировала обморок.

Таня набрала высоту. Теперь она кружила на контрабасе так высоко над полем, что и Шмыглинг, и прыгавшие вокруг него в панике ангарные джинны, и даже сама бледная немочь казались ей сверху не крупнее жуков. К ней на ревущем пылесосе подлетел Ягун. Это было очень кстати. Как все телепаты, Ягун был в курсе абсолютно всего, что его непосредственно не касалось, и ровно половины того, что его касалось.

– Чего они забегали? – спросила Таня.

– Откуда я знаю, дитя мое? – сказал Ягун, глядя на нее невинными глазами.

– ЯГУН!

– Да не знаю я!

– ЯГУ-УН, сглажу!

– Ну ладно, раз уж начались такие наезды! Немочь сказала тренеру, что матч со сборной мира перенесли. Он должен был состояться через шесть недель, а состоится через неделю! В деканате не понимают, как такое могло произойти. Скорее всего, самая добрая тетя надавила на Бессмертника Кощеева, тот надавил на остальных членов спорткомитета – и вот оно, единственно мудрое решение!

– Но зачем она это сдела?.. – с негодованием начала было Таня и осеклась.

На глаза ей попался пролетавший мимо Пуппер. Он был на новой, почти двухметровой метле, позволявшей развивать умопомрачительную скорость.

– Привет, Tatjana! – крикнул Гурий в седьмой раз за сегодняшний день.

Лицо Пуппера было счастливым до блаженности. Таня подумала, что Джейн Петушкофф, наблюдавшая за ними с гостевых трибун, с трудом сдерживается, чтобы не шарахнуть жениха боевой искрой.

Таня с некоторым напряжением улыбнулась Гурию и помахала рукой. Ей все стало понятно.

– Дурацких вопросов больше не задаю, – сказала она Ягуну. – Значит, матч через неделю?"

"– Да. Эту последнюю неделю нас ожидают такие тренировки, что нам будет о чем вспомнить на склоне маразма. О, вот уже начинается!

– Что начинается? Склон маразма?

– Типа того.

Они увидели, что Айзек Шмыглинг, перестав бестолково бегать, вскинул руки и замахал ими, созывая команду. Драконболисты стали снижаться, направляясь к тренеру. Таня поймала взгляд Нутто-Гнутто.