Таня Гроттер и Локон Афродиты

Но каждый новый муж живет у нее только три дня. Потом вешается на брючном ремне или глотает яд. Сугубо добровольный, исключительно логичный финал семейного счастья. Здесь в Магфорде есть особая усыпальница. Так тебя представить? – встрял вездесущий Баб-Ягун.

– Нет! Юн я еще для таких экспериментов! – сказал Жикин, пятясь с вежливой улыбкой.

* * *Вскоре вежливые, то и дело кланяющиеся эльфы развели учеников Тибидохса по комнатам, где им предстояло прожить две недели. Основную массу поселили в главном общежитском корпусе в двух пятнадцатиместных просторных помещениях.

Таня, Бейбарсов и Баб-Ягун, как легионеры сборной Магфорда, должны были жить отдельно. Им отвели старинный двухэтажный дом у драконбольного поля, недалеко от ангаров.

Ванька шагал рядом с Таней с ее контрабасом в руках. Бейбарсов пошел впереди, рядом с эльфом-проводником, демонстративно не желая делить Таню с Ягуном и Ванькой. Правда, перед этим он обернулся и так двусмысленно прокрутил в пальцах свою тросточку, что даже самому мужественному человеку стало бы не по себе.

– Слушай, а почему у них все эльфы в рабских ошейниках? – спросил Ванька по дороге у Ягуна.

– Тшш! Ты же в стране победившей магократии! Здесь и у пяток есть уши. Где ты видишь ошейник? Называй его просто ожерельем.

– Но все-таки?

– Для них это вопрос менталитета. Они основывают всякие общества, проводят совещания. Вообрази: бац – и рабство отменили! Целая куча защитников обездоленных сразу останется без работы. Некому будет выкрадывать носки, совершать благородные поступки и всякое прочее в том же духе. Поэтому просто не выступай по этому поводу и все. Иначе тебя не поймут.

Вскоре впереди, в тенистой зелени, показалась крыша дома. В этот момент Таня охнула. В ногу ей вонзилась колючка. Эльф перепугался и стукнулся лбом о дерево."

"– Дюдя плохой! Очень плохой, отвратительный! Он мог повести господ по тропинке, а повел через колючие кусты! Дюдя сам себя накажет! – заныл он.

– Перестань, ничего страшного! Только давай скорее, а? – попыталась успокоить его Таня. Но Дюдя был безутешен.

Бум! Бум! Бум!

Первым вспылил Ванька Валялкин.

– Ой, родной, надоело! Все это мы в кино про Пуппера видели! Нечего тут тавтологию разводить! Топай, дружочек! – нетерпеливо сказал он.

Однако эльф, не успокаиваясь, продолжал биться головой о дерево.

– Слышь, клоун, надоело уже!.. Что-то ты слабо как-то стучишься! Давай я помогу! – предложил Ягун, взвешивая в руке хромированную трубу от пылесоса.

Эльф тревожно покосился на трубу. Она показалась ему опаснее дерева.

– Дюдю не надо больше наказывать! Дюдя исправился. Дюдя резко стал хорошим!.. – сказал он и быстро засеменил вперед. – Гурий Пуппер был не такой! Гурий всегда жалел Дюдю! Не грозил ударить его трубой! – сердито бормотал он.