Таня Гроттер и посох Волхвов

Ах, ах, ох и прочие чувства! Кого здесь только не было! Действительно, кого? Все вроде были. Гуня Гломов, Шурасик, Семь-Пень-Дыр, Верка Попугаева, Дуся Пупсикова, Рита Шито-Крыто, Кузя Тузиков, Гробыня Склепова – и остальные буквы алфавита.

Над толпой с радостными возгласами носились полярные духи, осыпая всех подарками и ватрушками из рога изобилия. Снеговик приплясывал со снежной бабой. Снежная Гурия раздавала автографы болельщикам. Холодрыжник гонялся за малюткой Клоппиком, запустившим в него какой-то мудреный запук. Санта-Клаус, отработавший все новогодние праздники еще 25 декабря, тянул свой бесконечный «Джингл-белз» и целовался с оленем.

Путаница и суета были такие, что Таню и Пуппера заметили не сразу. Лишь после, когда слух об их прибытии, подобно кругам от упавшего в реку камня, прокатился по толпе, все бросились к ним и обступили.

– Судя по тому, что мы все еще живы, древние боги получили свой посох – и это радует! – поправляя на носу очки, заявила Великая Зуби.

– Видели, сколько подарков? Дед Мороз прилетел к нам перед рассветом! Я что хочу сказать: старику у нас, тьфу-тьфу, понравилось. Полярные духи обожают тех, кому удалось их вздуть… – сказал Тарарах, украшенный гирляндами, как новогодняя елка.

– Я телепортировал зеркало к Дурневым, когда сообразил, что не смогу помешать им прорваться… Надеюсь, телепортация вышла кор-кор-кор-р-ректной? – уточнил академик Сарданапал, в обеих руках которого было по бокалу.

Волосы Медузии гневно шипели, когда она пыталась, поддерживая академика, придать ему строго вертикальное положение.

– Более чем. Все было чудно! – заверила его Таня.

Сарданапал что-то еще говорил, но Таня почти не слушала академика. Внимание ее было отвлечено другим. К ней, широко улыбаясь, сквозь толпу пробивался Ванька Валялкин. На лице у него было такое идиотское счастье, что Тане почудилось, будто она сходит с ума. Что этот Валялкин, ничего не понимает? Если бы он только не улыбался… Эта его знакомая, приветливая улыбка, да еще такая, будто ничего не произошло, теперь была хуже пощечины.

Ванька подошел и остановился в полушаге, глядя на нее. Таня не выдержала.

– А ты иди отсюда, предатель! – не удержавшись, крикнула она ему.

Губы у Ваньки дрогнули, точно она ударила его по лицу. Он хотел что-то сказать, но повернулся и бегом бросился прочь. Его желтая майка мелькнула на миг яркой запятой.

Таня смотрела ей вслед. Гнев проходил, но обида оставалась.

– А ну перестань Ванюшку обижать! Я тебе за Ванюшку уши надеру! – вдруг набросилась на нее Ягге.

Таня пораженно уставилась на старушку. Ей никогда не приходилось видеть Ягге в таком непритворном гневе.

– Ягге, ты чего? Он правда предатель!

– Кто предатель? Ванька? Ишь ты, победительница! Костыль богам вернула! Таня Пуппер называется!..