Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

И поэтому Таня незаметно посмотрела на руки Склеповой. Ага! Хотя голос Гробыни звучит с восхитительной небрежностью, левой рукой она нервно вращает, почти дергает на пальце перстень.

«Темному магу нельзя иметь такие честные руки», – подумала Таня и спросила:

– А если там вообще никто не живет?

Почему-то довольно заурядная история со вторым этажом не давала ей покоя. Наверно, все дело было в магической интуиции, унаследованной от прадеда и отца.

Склепова с интересом заглянула в пустой стаканчик из-под йогурта, как если бы ожидала найти там по меньшей мере алмаз.

– Нет, кто-то все-таки живет. Пару раз я слышала, как кто-то там озабоченно ходит, что-то бормочет, иногда до утра. И снова – тишина.

– И вы так и не выяснили, кто это? – не поверила Таня.

– Дорогая, – сказала Гробыня с пафосом. – Соседей, которые шумят только раз в месяц, отлично можно терпеть, даже если не понятно, как они попадают в квартиру. Мы с Гуней буяним куда чаще. И вообще ты меня с кем-то путаешь! Я ведущая рейтинговой программы, а не детектив-недоучка… Поговорим лучше о тебе. Как у вас с Валялкиным? Он с тех пор не был в Тибидохсе ни разу?

Таня вздрогнула. У Гробыни был дар выискивать больные мозоли и наступать на них всей пяткой.

– Откуда ты знаешь? – быстро спросила она.

– Пипенция растрезвонила, – кратко ответила Склепова. – Она иногда мне звонит. Порой это «иногда» происходит чаще, чем я успеваю реально соскучиться. Зато с тобой другая история. Заляжешь на дно, да так, что без глубинной бомбы не всплывешь.

– Он мне пишет. И знаешь, письма у него хорошие. Он становится глубже, развивается. Много думает, читает… – сказала Таня с нежностью.

Гробыня внимательно наблюдала за ней, чуть склонив голову. В этом наклоне головы было затаенное ехидство.

– Так, значит, читает? – переспросила она.

– Читает, – кивнула Таня.

– Развивается?"

"– Да. Ты что, против?

– Почему «против»? Я всеми руками и ногами – «за»! – Гробыня привстала и метко запустила в Гуню огрызком морковки.

– Слышь ты, спина! Учись как надо! Люди сидят себе в буреломе, газетки читают и развиваются! Не пристают к порядочным девушкам!

Гуня, как разбуженный медведь, глухо заворчал с засасывающего диванчика.

– Ты еще не была у него? На встречу выпускников не приглашала? – допытывалась Гробыня.

– Нет.

– Но полетишь?

– Полечу.

– И когда? Завтра с утра?.. Да ладно тебе секретничать, Гроттерша! Я никому не скажу!.. Ну позязя, я же старая боевая подруга! Любишь его?.. О, Гуня, ты видел! Она кивнула! Она его любит!

– Склепова! – укоризненно воскликнула Таня.

– Что Склепова? Я же не на улице разболтала, а Гуне. А Гуне… Гуне – это все равно что холодильнику, – оправдываясь, сказала Гробыня.