Таня Гроттер и колодец Посейдона

– Мне будет вас ужасно не хватать, тетя, – пожав плечами, вежливо произнес Пуппер.

Гробыня Склепова хихикнула. Она, как никто, умела оценить культурные формы хамства. Графин Калиостров поманил к себе Гробыню и, когда она подошла, наклонился к ней.

– Как там наш дорогой академик Сарданапал? Нашел клад Али-Бабы? – спросил он.

Выражение лица у него было самое глумливое. Гробыня сообразила, что он все уже знает.

– Нашел, – сказала она вызывающе.

– Да? Ну-ну! Передавай ему привет! Пока-пока, моя прелесть! – проговорил Графин и кокетливо пошевелил в воздухе пальцами, как царапающийся котик.

Склепова, не любившая, когда последнее слово оставалось за кем-то другим, вспылила.

– Какая я тебе прелесть? Прополощи глаза в формалине, дядя! Проблемы с нимфетками? – громко произнесла она."

"Калиостров мигом перестал хихикать, побагровел и попятился. Он жалел уже, что связался с ней. Грызиана Припятская, проходившая мимо со своей киношной свитой, захохотала.

– Я просто обожаю эту крошку! Гробби, покажи Грызиане язычок! Я хочу посмотреть, не раздвоенный ли он! – сказала она.

– И не надейтесь! Я гибрид змеи и хомяка. Яд у меня в защечных мешках, – мгновенно нашлась Склепова.

Грызиана снова расхохоталась и похлопала ее по плечу.

– Когда закончишь Тибидохс, прилетай в мой Лысегорский офис. Мы открываем новую передачку «Мертвый час». Чернушная передачка, но очень пафосная. Общение со знаменитыми покойниками в прямом эфире. Для начала копнем Калигулу, затем императора Вильгельма, а дальше как пойдет по звонкам зрителей, – сказала она.

– Что, кроме меня, лопатой уже некому работать? У меня маникюр, – капризно заявила Склепова.

Грызиана подмигнула ей бельмастеньким глазом.

– Ты не надейся, что тебе сразу доверят лопату! А вот на роль ведущей я бы, пожалуй, тебя попробовала. Как ты, не против?

– Рискнуть можно. Если знаменитые мертвяки не будут трогать меня за коленки. «Эй вы, – скажу я, – руки прочь! У меня все в порядке с коленным рефлексом», – сказала Склепова.

Принц Омлет, загипсованный от шеи и до пяток, с доброй дюжиной костеросток под гипсом, мрачно белел на носилках.

– Мы с тобой еще встретимся! – прохрипел он Ягуну.

– Обязательно. Ты так просто не отделаешься, – заверил его Ягун.

Принц Омлет с тревогой взглянул на него и прикусил губу.

Ягун только что вернулся из магпункта, где всю ночь просидел у постели Кати Лотковой. У Кати было сотрясение мозга и несколько переломов. Лишь сейчас Ягун смог отлучиться, оставив ее на Недолеченную Даму. Санитарным джиннам он не доверил бы даже раздавленного таракана. Празднуя победу сборной Тибидохса, они с вечера надышались эфиром и, витая под потолком магпункта вместе с поручиком Ржевским, пели старые азиатские песни.