Таня Гроттер и трон Древнира

Опоздавших почти не было, разве что Шурасик, вздумавший напоследок прочитать все без исключения книги в Российской государственной библиотеке, но дошедший только до буквы «Р», да Гуня Гломов, ухитрившийся снова попасть в милицию за драку и разбитое стекло. Правда, из милиции он сбежал, выдернув из окна решетку и связав двух сержантов телефонным шнуром.

Убедившись, что все собрались, Зубодериха выбросила несколько искр, давая сигнал, что можно отправляться. Так как Поклепа с ними не было, обратный перелет прошел куда приятнее, чем перелет из Тибидохса в мир лопухоидов.

Вначале на Торопыгус угорелус неслась наиболее скоростная и нетерпеливая группа, состоящая в основном из команды Тибидохса по драконболу. Впереди Таня на контрабасе и Баб-Ягун на ревущем пылесосе, и, почти не отставая, Гробыня Склепова, Кузя Тузиков, Лиза Зализина, Катя Лоткова, Рита Шито-Крыто, Семь-Пень-Дыр и пристроившийся к ним Гуня Гломов. Жора Жикин, пытавшийся поставить рекорды скорости, упал со швабры в океан и умерил свой пыл."

"За драконбольной командой с приличным отставанием на Тикалус плетутс летела основная группа, и, наконец, в самом конце на Пилотус камикадзис тащились зубодробильные вертолетки, пикирующие экипажи и групповые скамьи для тех первокурсников, кто плохо держался в воздухе. Замыкала ее Великая Зуби, ухитрявшаяся читать на лету Мартина Хайдеггера в пересказе Чумы-дель-Торт.

Чем ближе был Буян, тем сильнее проявлялось нетерпение. Тане казалось, что они еле тащатся, хотя ветер давно уже прижимал ее к контрабасу, не позволяя даже поднять головы. Наконец она ощутила, что момент наступил. Сердце забилось быстро и радостно.

– Грааль Гардарика! – крикнула она одновременно с Баб-Ягуном.

Перстень Феофила Гроттера, проворчав: «Молодо-зелено!», выбросил искру.

Они прошли семь радуг. А потом из океанской пены выступил остров, на который со стороны океана молочными полосками наползал туман. Сквозь туман проглядывала каменная черепаха Тибидохса с острыми выступами башен на панцире.

«ТИБИДОХС – ШКОЛА МАГИИ ДЛЯ ТРУДНОВОСПИТУЕМЫХ ЮНЫХ ВОЛШЕБНИКОВ. БЕЛОЕ И ЧЕРНОЕ ОТДЕЛЕНИЯ», – сияли алые буквы над воротами.

Медузия, Тарарах, Сарданапал, профессор Клопп и Фудзий стояли на преподавательском балкончике. Абдулла крутился поблизости, пряча за спиной подозрительно толстый свиток. И на этот раз, учитывая, что конкурирующий оратор остался в Москве, имел хороший шанс дочитать свое приветствие до конца.

Заклинание перехода срабатывало ежеминутно, одного за другим доставляя вернувшихся учеников.

На стенах уже громыхал оркестр циклопов, а чуть в стороне, прямо в воздухе, силясь перекричать его, грохотал сводный хор привидений, перед которым в черном фраке с бабочкой парил жених Недолеченной Дамы поручик Ржевский.